«А что это ты госерами заинтересовался? — первой вспомнила о его просьбе Юлия. — Случилось что-то?»
«Да нет, так. Чисто для себя».
«Это значит — правая рука. Главный помощник. Доверенное лицо».
«Ого… — Шун был даже не удивлен, а по-настоящему шокирован. — Слушайте… а вы не знаете случайно, кем Соня была в Игре?»
«Я не в курсе. Мы же гораздо позже туда попали, учитывай временной сдвиг. Юр, а ты?»
«Тоже не слышал».
«Ну ладно. — Шун немного помолчал. — Хорошей вам учебы. Через недельку увидимся».
«Не пропадай!» — почти одновременно ответили близнецы.
Улыбнувшись, Шун облегченно вздохнул и закрыл чат. Ему было очень важно, что Юнис думают о нем и его семье. Ему совершенно не хотелось терять единственных друзей. Интересно, а Миро и Асвальд в курсе? Они ведь просто не могут не знать, да? И почему он не подумал об этом рань…
Кто-то схватил его за руку и затащил в тесную полутемную комнатку.
— Какого… — начал Шун, но ему тут же зажали рот ладонью.
— Шшш! Блин, какой ты шумный, а! Это же главный коридор, соображать надо!
Тони навис над ним, угрожающе прищурил глаза. Потом убрал ладонь с его лица и тихо бросил, отворачиваясь:
— Хочу поговорить. Пока эта надоедливая девчонка где-то шляется, давай-ка посидим на крыше. Там нет камер. — Он открыл небольшое окошко, ловко выбрался наружу. — Ну?! Карниз широкий, не дрейфь.
— Эээ… ты про Рину? — спросил Шун, выглядывая следом. Оценил риски и перемахнул через подоконник. Тони ничего не ответил.
Карниз действительно был надежным, им даже не пришлось особо цепляться за стены, чтобы удержаться на нем. Через несколько метров Шун и Тони добрались до железной пожарной лестницы, уходящей вверх, вскарабкались на крышу. Окно, через которое они вылезли, выходило в глухой внутренний дворик, так что следить за перемещениями кадетов было некому. Расположившись на крыше, в тени вентиляционной трубы, Тони подогнул под себя длинные тонкие ноги и приглашающее хлопнул ладонью по железной поверхности. Она не успела достаточно разогреться за утро, была прохладной и приятной на ощупь. Шун сел напротив.
Как и ожидалось, Тони не сразу приступил к разговору. Несколько секунд он снова что-то разглядывал позади Шуна, потом подтянул к груди колени, поставил на них локти и запустил пальцы в челку.
— Помнишь старую игрушку для виртуальных очков «Юрский период»?
— Ну, да. Помню, — ответил Шун, не понимая, к чему клонит Тони.
— Какая версия была у тебя любимой?
— С тираннозавром, конечно.
— Конечно… конечно… — Тони принялся перебирать темные блестящие локоны. — Все любят тираннозавра… Знаешь, откуда у меня это? — Он выудил белый локон. — Я тоже любил тираннозавра. Потому что все дети его любят.
И он замолчал, опять уставившись куда-то вдаль. «Господи, дай мне терпения…» — подумал Шун.
— Это седина. Я поседел в восемь лет. На коробке было указано, что игра предназначена для детей пять плюс и носит ознакомительный характер. Все равно, что сходить в зоопарк. Тираннозавр не нападает, не рычит и не делает резких движений. Никакого стресса для пользователя. — Тони взлохматил челку и откинулся на столб вентиляционной трубы. — Никакого стресса… Когда я зашел туда в очередной раз, мой дебил-друг решил подшутить и кинулся на меня со спины, злобно рыча. А я даже не слышал, что родители пустили его в мою комнату, понимаешь? Это была абсолютная неожиданность. Так вот… Тираннозавр меня съел.
— Что? Съел? В смысле?
— В самом прямом смысле. Он заметил меня и напал. Говорят, я орал на всю улицу. Конечно же, родители мне не поверили. Но потом было еще несколько игр, в которых сюжет каким-то чудом менялся. В угоду моим желаниям или страхам, конечно же. А в Даоне… тебе ведь уже рассказали про снег, да? Они любят эту историю.
— Да. Рассказали.
— Я вот о чем… — Тони опустил голову и принялся что-то чертить пальцем по крыше. — Виртуальный мир с детства был для меня… немного другим. Не таким, как для всех остальных. Но реальность… она всегда была в порядке, понимаешь? Я был самым обычным и не видел никакой чертовщины. Это все началось лишь пару лет назад. Ко мне пришли трое. Это было похоже на какой-то гипноз, транс… не знаю… они просто вошли в мой дом, усадили меня на стул и принялись что-то шептать мне в уши на непонятном языке. После этого со мной стали происходить странные вещи. Я иду по улице и вижу, как прохожие наступают на окровавленные трупы, совершенно их не замечая. А в парках музыка мешается с воем сирен, детским плачем и стонами. Конечно, я вижу это не постоянно, но все же очень часто… Поначалу я пугался и бежал наружу каждый раз, как слышал взрывы. Потом привык. А сейчас… сейчас я даже не уверен, что этот мир реален. Понимаешь? Все так перепуталось… И никто не может понять меня, увидеть то же, что вижу я. Никто не верит. — Тони поднял голову. — Ты ведь тоже не веришь, да?
— Я…
— Не придумывай сейчас оправданий или вранья, ладно? Мне это не нужно. Я видел этих людей и потом, в некрологах. Тех, что нашептывали мне. Их убили. Убили как раз тогда, когда Миро попал в ту аварию и валялся в коме…
— Аварию? — нахмурился Шун.
