— Знаем, знаем, — усмехнулся первый регент. — Моя дочь от него в восторге. Но что он делает в Деосе? Кзавер, конечно, та еще заноза и скандалист, но вряд ли его можно назвать преступником.
— Помнится, он заявил, что может добиться успеха, даже малюя сырые детские картинки, — сказал второй. — Что? Я люблю искусство. Разве военные не имеют на это право?
— Было такое, — кивнул Роско. — А в миры второго и третьего уровней он обычно спускается ради "исключительного зрителя". Кзавер уверен, что настоящее искусство могут оценить лишь сломленные или надтреснутые личности, у которых явные проблемы с моральной самоорганизацией. К тому же, я слышал, что он просто не выносит ментальных помощников.
— А почему вы уверены… — начал первый регент.
— Потому что он никогда не спит, — перебил его Лиам. — Кзавера невозможно отправить на полное погружение. Особенность психики.
— Ага, — усмехнулся Роско. — Психики, расшатанной всякими запрещенными техниками и препаратами. Могу поспорить, на момент подключения он был в очередном творческом угаре, вот наши дорогие друзья его и пропустили.
— Вы не выглядите довольным, господин Шанталар, — заметил координатор.
Лиам перевел на него взгляд и вздохнул.
— Шанти — личное божество Кзавера, — пояснил Роско, — прекрасное и безмерно обожаемое. И самая частая тема его творчества. А вы знаете, как Шанти любит внимание к своей персоне…
— Ладно! — Лиам поднялся. Кресло мягко выпустило его и свернулось сферой. — Если мы все обговорили, то жду вашего одобрения. И мы сразу же приступим.
Координатор и регенты переглянулись. Алиссандер Нул тоже поднялся, не спеша пошел в комнату погружения.
— Генерал, — окликнул его Роско.
— Даже не обсуждается! — отмахнулся тот. — Я буду здесь, пока все не закончится.
На встречу с Ганнером Лиам отправился один. Роско и генерал Нул ждали его недолго, вернулся войд раньше, чем планировал. До рассчитанного момента погружения оставалось еще целых пятнадцать минут.
— Ты рановато, — заметил Роско.
Он покачивался в контактном кресле, генерал стоял у него за спиной. Оба обеспокоенно посмотрели на вошедшего Лиама.
— Я… кое-чего не учел, — признался тот, садясь в свое кресло. — Кое-чего важного.
Он подвесил в воздухе изображение двух ботов. Один был молодым, хрупким и почти по-девчачьи красивым, второй уже в годах. Судя по одежде — федерал.
— А это что? — спросил Роско, заметив на виске бота выпуклость. — Чтобы скрыть отсутствие маячка?
— Я предупредил Ганнера о будущем подключении, мне кажется, он просто идеально прописал ботам личную историю. Глянь потом, время еще есть. — Он пристально посмотрел на Роско. — Но я провел парочку экспериментов… Миро оказался гораздо сильнее ментально, чем я предполагал. С ботами все в порядке, но он… он чувствует, если пользователь в сознании.
— Это что же, нам нельзя к нему приближаться?
— Да. Нельзя ни мне, ни тебе, ни Кзаверу. Если пользователь вошел в Деос в полном сознании и пребывает в нем — при личном контакте Миро это заметит.
— Плохо… — нахмурился Роско.
— А вам обязательно контактировать напрямую? — спросил генерал.
— Ему-то нет, — кивнул Лиам в сторону напарника. — Кзавер тоже может отправить Миро в больницу чужими руками. Но вот я… для нас двоих я прописал очень много взаимодействий. И они просто необходимы. По-другому никак. Боюсь, он почует что-то чужеродное, даже если я уйду на полное погружение. — Он вздохнул и устроился в кресле поудобнее. — Если только перенести свою точку контроля в бота…
— Ты… ты же шутишь сейчас? — тихо, но очень серьезно сказал Роско. — Никто не…
— Хотите, чтобы в качестве бота выступило ваше родное тело? — удивленно вскинул брови генерал. — Такое возможно?
— Да. Такое возможно, — подтвердил Лиам.
— Но лишь на небольшом временном участке! — повысил голос Роско. — Ты прячешь свое родное тело в Игре! Да оно совершенно отвыкнет от тебя за столько-то лет! Никто, ни один человек или войд, не выносил вовне точку контроля так надолго! Когда ты вернешься, тебя ждет отторжение!
— Необязательно, — передернул плечами Лиам. — Покинутое тело не является настоящим ботом, часть моей личности в нем все же остается. И она будет чувствовать свою неполноценность, будет стремиться обрести целостность.
— Но когда эта часть узнает, что не является ключевой, что большая часть находится вовне, это будет шоком! — выпалил Роско. — Ты готов…
— Значит, не узнает. — Лиам нахмурился. — А, нет. Встреча моего бота и тела обязательна… Что ж, тогда мы решим эту проблему еще большей проблемой. — Он немного нервно хохотнул. — Устрой ментальный удар по моему телу. Боль от потери пальца можно перекрыть, отрубив всю руку.
— Крайне неудачное сравнение, — покачал головой Роско. Но тон его все же смягчился. — К тому же… ты уверен, что Миро не почувствует тебя в боте?
— Уверен. Бот пойдет на полное погружение.
— Ты… собираешься играть совершенно вслепую?
— А что? Личные истории Ганнер прописал нам в совершенстве. Все остальное — за тобой. — Лиам усмехнулся. — Думаешь, не справишься?
