Виталика её оскорбления сильно обидели, но он решил не отвечать ей тем же. Вместо этого он стал терпеливо и доходчиво объяснять ей как ребёнку: – Да, Эрнст гений! Да, он был пионером! Он сделал своё дело! Теперь дело за нами, за практиками от науки. Я, и никто другой, должен поставить детище Лебедева на службу человечеству. Это мой шанс! Возможно, ты и права – это шанс всей моей жизни! Но если я не сделаю этого, то кто вместо меня? И разве ты не считаешь, что все заслуги за свой труд я получу вполне справедливо? Да, я понимаю, что эта машина времени – мой шанс на светлое будущее. Да, я не хочу учить в школе дебилов! Я решил посвятить свою жизнь внедрению прибора Эрнста в нашу жизнь. О боже! Как я устал объяснять столь очевидные вещи, и кому? – своей подруге в прошлом! – воскликнул Виталик в последний раз и устало опустился на стул.
Кристина больше не хотела выслушивать высокопарную демагогию Виталика. Она молча встала с кровати, на которой сидела, и направилась к выходу из комнаты. Она всё обязательно расскажет Эрнсту, решила она. Виталик не стал ей что-то говорить или удерживать. Ему хотелось побыть одному. Когда Бельская ушла он некоторое время сидел и думал над её словами. Конечно, он понимал, что она теперь зла на весь свет из-за того несчастья, что случилось с её Эрнстом, и он не сомневался, что она винит во всём случившемся именно его, Виталика. Ведь это он вызвал тогда милицию. То, что её Эрнст был опасен для общества, она принимать отказывалась. Вчера он стрелял в Ленина, завтра – в Сталина, а пули летели в голубей или случайных прохожих, думал Виталик. Но к сожалению, он не достиг своей цели – вернуть себе девушку, пока её друг был в «Дубках». Её чувство к нему оказалось сильнее, чем он предполагал… Ещё раз глубоко вздохнув по этому поводу, он продолжил своё занятие, прерванное визитом Бельской.
Виталик приступил ко второй части плана, намеченного им. В один из последующих выходных дней он решил отправиться на дискотеку к медикам, в общежитие Петербургской медицинской академии. Он выбрал здание, где проживали студенты факультета невропатологии и нейрохирургии. Перед ним стояла цель снять жабу, так он называл про себя девиц не слишком тяжёлого поведения. Одет он был в свой самый лучший прикид и не сомневался в своём успехе у слабого пола.
Ещё при приближении к зданию общежития он заметил, что жизнь здесь била ключом. В окнах здания на первом этаже гремела музыка и бегали огни светомузыки – дискотека была в самом разгаре. Перед входом в здание стояли тяжёлые мотоциклы и несколько человек в кожаных жилетах с металлическими шипами, сидя на своих железных конях, лениво курили. Виталик с опаской посмотрел в их сторону. Он знал, что рокеры не отличались покладистым нравом и от них можно было ожидать неприятностей. Когда он проходил мимо, то заметил среди них темноволосую девушку всю в металлических клёпках. В свете уличного фонаря её лицо показалось ему симпатичным, и он задержал на ней свой взгляд. Его поведение заметила и она. Выпустив сизую струю дыма из своих лёгких она мигнула ему и махнула рукой.
– Что на наших баб пялишься? Вали дальше, куда шёл! – раздался угрожающий голос в стороне и Виталик счёл благоразумным скорее скрыться.
– Что ты так хамишь, Паук? Такого симпатичного мальчика прогнал! Когда ты наконец научишься вести себя вежливо? – раздался за спиной Виталика приятный девичий голос. Озеров не сомневался, что слова принадлежали девушке, которая вызвала его симпатию.
На входе Виталик заплатил причитающиеся с него сто рублей и прошёл на дискотеку. В это время из мощных колонок раздавался бит и Виталик почувствовал, как его желудок начал вибрировать. Ему стало немного неприятно и он понял, что для начала необходимо выпить. Протискиваясь сквозь толпу молодых людей он достиг через несколько минут стойки бара. К нему приблизил своё вопросительное лицо молодой человек за стойкой и Виталик заказал ему стопку водки. Его заказ был немедленно исполнен и Виталик, опрокинув стопку, заел водку лимоном, прилагавшимся к напитку.
Он почувствовал, как внутри него разлилось приятное тепло. Настроение его резко улучшилось, и он почувствовал себя готовым к новым подвигам.
Рокеры больше не пугали его. Он стал смелым и раскованным – самое правильное состояние для непринуждённого общения.
Виталик вклинился в толпу танцующих и принялся шевелить ногами в такт ритму. Между тем, глазами он выискивал группу рокеров. Эта девушка в коже и клёпках ему действительно понравилась. Наконец он увидел банду мотоциклистов. Они танцевали и приставали к студенткам. Но всех отпугивал их грозный вид и поэтому никто не давал им отпора. Среди них была и эта девушка, поразившая Виталика своим симпатичным, немного детским лицом. Она тоже смотрела по сторонам, словно ища кого-то.
