— Руки за голову! — резко скомандовал он. — Сидеть и не двигаться. — Скосив глаза, обнаружил остановившуюся слева машину. Заметив необычную ситуацию, водитель благоразумно не доехал до «Акуры»; от спарившихся «Мицубиси» и «Жигулей» его отделяло метров пятнадцать.
Вполне вероятно, что машин соберется с десяток, не меньше, но ни одна не в состоянии помешать: даже при возникновении пробки на дороге существовал хороший коридор для отхода. Причем только вперед, позади можно попасть под огонь постовых.
Белоногов контролировал боевиков, сидящих впереди. Когда они на малой скорости подъезжали к джипу, Сергей выжал сцепление, включил первую передачу и затормозил: площадка, где устроились боевики, шла чуть под уклон.
«Акура» стояла к будке левым бортом. Андрей стремительно сокращал дистанцию, уже не скрывая оружие. Краем глаза поймал двигавшегося справа Костерина, до этого скрывавшегося за строительным вагончиком.
Яцкевич полностью контролировал ситуацию, видя в салоне каждого, и не стал медлить, когда охранник, сидевший за рулем, сделал резкое движение рукой: то ли потянулся за оружием, то ли собрался рвануть седан с места. Стреляя через стекло, Андрей прочно обездвижил водителя, прострелив ему голову: две пули попали точно под ухо, третья ушла поверх головы.
П-90 — удобная штука, подумал Андрей. Он заранее поставил автомат в положение «непрерывный огонь»: при слабом нажатии на спусковой крючок можно вести форсированный огонь, при полном — непрерывный. Стреляя в охранника, он чуть прижимал спуск, и произвел пару очередей в три выстрела. Уловив движение еще одного телохранителя, повел было стволом, но подоспевший Тимофей прошил того длинной очередью.
«Я бы тоже так сумел», — усмехнулся Яцек, отмечая, что пули, выпущенные из костеринского автомата, буквально разнесли охраннику голову.
Андрей на мгновение поймал искаженное страхом лицо Алексея Бурдасова и просто не смог устоять, чтобы не сделать еще один шаг к машине, наклониться к окну и бросить прощальное:
— А у тебя сквозняк в машине, брат.
И придавил спусковой крючок.
В этот раз все три пули легли точно в цель. Алексей Бурдасов дернул головой и повалился на мертвого охранника.
— Уходим! — Пятясь от машины, Яцек послал взгляд на свою пленницу: «Не забыла ли канарейка, что ей делать? Нет, не забыла, ведет себя более чем активно». Андрей вгляделся более внимательно…
Костерин в это время уже садился в машину.
«В ответ, что ли, машет или спятила?»
И вдруг Яцкевич увидел в ее руке сигнальный флажок. Его осенило: поезд! Идет поезд и может перекрыть им путь.
«Нет, в наши планы это не входит».
Он оказался прав, потому что постовые уже всполошились: медленно, неуверенно тронулась с места патрульная машина. Округлившимися глазами на работу «пятерки» смотрела пара водителей, остановившихся неподалеку.
— Так какого же ты!.. — выругался Андрей, подбегая к задней дверце «Жигулей» и продолжая орать: — Открывай ворота, твою мать!
Железнодорожница уже видела приближающийся на полном ходу грузовой состав. Метнувшись в будку, привела в движение подъемник и прильнула к окну. Приложив к груди руку, она с замиранием сердца смотрела: «Успеют или нет?» И так же видела приближающуюся патрульную машину.
Боевики Пирога не смели шелохнуться. Во время работы Андрея и Тимохи Олег с товарищем держали боевиков на мушке. Как только прозвучала короткая очередь из автомата Яцкевича, один было дернулся, вернее вздрогнул, непроизвольно повернув голову. Олег тут же отреагировал, выше поднимая автомат, и осадил боевика окриком:
— Не двигаться! — потом, чуть ослабив голос: — Не в тебя же стреляют.
В какой-то степени он успокоил их, они резонно могли подумать, что их держат на прицеле, чтобы не мешали. А как же «стрелка»? — голос с кавказским акцентом?
Впрочем, Яцкевич и Тимофей работали очень быстро, гораздо быстрее их мыслей.
А опущенный шлагбаум не очень беспокоил — справа оставалось достаточно места, чтобы проскочить, едва задев за балку. Окрики Андрея носили чисто эмоциональный характер, вдобавок эта женщина была его «клиенткой», и от того, как она справится с заданием, будет оцениваться и его работа как на подготовительном этапе, так и в целом. Вряд ли кто-то из группы отметит этот факт, но появлялась возможность козырнуть им.
Думал ли именно об этом Андрей, садясь в машину? Скорее всего его больше волновал приближающийся состав. За пять-десять минут до начала операции что-то затрезвонило в будке, женщина вопросительно посмотрела на Яцкевича, но он велел ей оставаться на месте. И если бы она сообщила, что приближается состав, разрешил бы он ей поступить согласно инструкции и опустить шлагбаум? Нет, конечно. Но, зная о приближающемся составе, мог занервничать. Хотя и это под большим вопросом, забыл бы все напрочь.
А сейчас нужно уносить ноги.
— Держи, — приказал Олег боевику, сидящему возле окна, и стволом вперед протянул ему задействованный в работе П-90. Его «калашников» все так же фиксировал бледные лица. То же самое проделал Белоногов с места водителя.
