Мистическое и загадочное убийство в запертой комнате. Выдающийся детектив-следователь. Вы соскучились по хорошему английскому детективу? Тогда эта книга для вас!
Старший инспектор Скотленд Ярда, Рауль Балантайн, немного раздраженно постукивал карандашом по крышке стола. Он находился в библиотеке в доме семьи Бишоп. Инспектор прибыл сюда утром вместе со своим помощником, молодым констеблем по имени Боб и судмедэкспертом, а сейчас уже спускались сумерки. Библиотека была уютным помещением. В стеллажах на книжных полках в несколько рядов стояли тома книг. Судя по названиям, собиратели библиотеки были людьми интеллигентными и разносторонними. Здесь можно было найти произведения Шекспира и Гомера, детективный ряд был представлен Агатой Кристи, Джоном Карром, Найо Марш, Энтони Беркли и прочими более или менее известными авторами. Однако, была широко представлена и научная литература, начиная от подборки журналов Nature до англо-французского словаря. В одном из шкафов несколько полок были отведены под мистику, в глаза бросался "Лемегетон"1 в богатом переплете.
На столе стояла лампа с бежевым абажуром, инспектор зажег ее недавно и сейчас она освещала стол приятным желтым светом. В углу, на мягком кресле примостился констебль. Он конспектировал показания свидетелей в большом блокноте, лежавшем на журнальном столике возле него.
Инспектор вздохнул и обратился к сидящему напротив него человеку средних лет. Этим человеком был Артур Бишоп, брат убитого этой ночью Оливера Бишопа, младший сын покойного Чарли Бишопа.
– Мистер Бишоп, я хотел бы попросить вас еще раз рассказать про историю вашей семьи и взаимоотношения между ее членами.
– Господин инспектор, я могу только повторить то, что рассказывал вам уже 2 раза.
– Ничего, мы послушаем еще раз. Вдруг вы что то пропустили или забыли? Уверяю вас, любая мелочь может быть крайне важна.
– Ну значит так. Мой дедушка Георг Бишоп приехал в Уэлл Энд давным-давно. Он закончил местный коллеж и занимался банковских делом. К старости он сколотил кое-какое состояние. Дедушка купил этот дом, и оставил его в наследство моему отцу. Моя бабушка Дебра была милая старушка, я помню ее тихий голос, когда она рассказывала мне сказки перед сном. Она умерла следом за дедушкой, буквально через несколько месяцев. Я был тогда очень маленьким. Их дети – это сын Чарли – мой отец и дочка, моя тетя Амелиа. Тетя Амелия тоже получила свою долю и проживала в графстве Норфолк. Она умерла 3 года назад. Молодой Питер, который сейчас проживает с нами – ее внук, стало быть мой двоюродный племянник. Его мама, моя двоюродная сестра Эмили живут с мужем в доме тети.
– Да, я понимаю, он студент…
– Да, он поступил в Уайкомбский технический институт2, учиться на инженера, что-то связанное со строительством. Само собой, ему удобней жить с нами и Оливер ни секунды не сомневался, когда решил обеспечить его на время обучения.
– А Джек? Как долго он живет здесь?
– Несколько дней. Питер пригласил его пожить у нас, они вместе готовятся к экзаменам и ставят какие-то опыты в подвале.
– Так, теперь расскажите о папе.
– Что еще рассказывать? Его история известна в округе. Папа, получив наследство, отремонтировал дом по полной программе, провел газ, а затем и электричество – одним из первых в нашем городке. Он подрабатывал на бирже, и ему всегда везло, так что он ни только не истратил, но и приумножил наследство дедушки. Он познакомился с нашей мамой, когда ему было 27 лет, а ей 25. Они поженились, через 4 года родился Оливер, а затем, еще через 5 лет – я. Я плохо помню маму, она умерла от рака когда мне было 4.5. годика. Пoсле этого нас воспитывала гувернантка, добрейшая миссис Джонсон. Папа сильно изменился после смерти мамы – так по крайней мере говорил Оливер. Говорил… Нет это просто непостижимо! Кто ж мог…
– Попейте водички и продолжайте пожалуйста, – инспектор налил воды из хрустального графина в стакан и подал Артуру.
– Спасибо. Извините. Значит так, папа страдал маниакально-депрессивным синдромом. Иногда он впадал в эйфорию начинал вдруг смеяться без повода или распевать песни.
– Много пил?
– Средне. Я редко видел его пьяным, но виски он любил. Так вот, иногда он веселился, а иногда, бывало, по несколько дней, запирался у себя в комнате, ничего не ел, и периодически слышались его рыдания и стоны. Наша гувернантка, мисс Джонсон, советовала ему жениться снова. Он женился. Но только через 15 лет после смерти мамы. В то время, 12 лет назад, тетя Бетти, мы называем ее именно так, хотя она ненамного старше нас, была довольно-таки симпатичной, я б сказал даже смазливой молодой блондинкой. Она сразу попыталась стать главной в доме. По этому поводу у нас с ней случались многочисленные ссоры. Поймите, когда можно сказать чужой человек начинает командовать в твоем доме, да к тому же указывать почти взрослым людям что можно, а чего нельзя, это по меньшей мере раздражает.
– На чьей стороне был папа?
