Практически, без объективного параметра константы «Н» интроспективная способность интеллекта не могла бы критически проверять наше существование, наше пребывание в мире. Но при внутрипсихическом обследовании на основе константы «Н» тотчас же распознается и идентифицируется чужеродность несоответствующего спекулярного элемента. После чего остается только одна проблема, подобная внешнему затруднению, когда мы уводим собеседника от наших личных убеждений. Константа «Н» внедряется как срединная ценность, как предложение средней посылки. Это
Если научный процесс не обладает константой «Н», он лишен внутреннего авторитета и не может называться наукой, потому что ему недостает критерия идентичности, не хватает параметра, который удостоверяет не только себя, но и любого, кто принимает его за точку отсчета, кто строит на его основе дискурс.
Теорию нельзя признать точной, если она построена с оглядкой на внешний авторитет. Действенность теории подтверждается только ее автономной ценностью, авторитетом факта. В придании меры вещам я должен исходить из следующего:
Недостаточно увидеть отношение между двумя вещами, устанавливая, например, различие в весе двух объектов. Я являюсь тем, кто устанавливает данное отношение, и для этого я обращаюсь к очевидности в себе самом. Весы могут быть отрегулированы так, что выдадут сто граммов за килограмм. Кто совершает проверку этого? Я, рациональный человек, одаренный константой «Н», способен проверить не только измеряемый объект, но также измеряющий механизм и самого ученого или ремесленника, который проводит данное измерение.
Когда человек теряет контакт с единицей измерения, которая происходит исключительно от модуса единства действия человека, то нельзя говорить о науке, как о точном модуле любого рационального процесса и, следовательно, как о коммуникативном дискурсе о квантах, связанных точно определенными отношениями, как о дискурсе между двумя, десятью и более людьми.
Органиграммой[27], на которую опирается онтопсихологическая рациональность, и является константа «Н». Именно эта постоянная всегда иллюстрирует все возможные научные позиции, какими бы они ни были, выверяет их. Там, где константа «Н» не находит себе положения или умаляется, мы сталкиваемся с отсутствием науки, даже если данная ситуация определяется научной с общего согласия ученого сообщества.
Первичным фактом, определившим рождение онтопсихологической науки, была
Требовалось предоставить логико-историческому «Я» возможность быть точным, научным. Тем самым я вовсе не утверждаю, что «Я» обязано добраться до потенциала онто Ин-се и достичь совершенства. «Я» должно уметь определять, являются или нет его собственные пропорции константой «Н», укладываются ли они в ее нормальное функционирование в том среднем значении, которое позволяет «Я» устанавливать отклонения в большую или меньшую сторону, а также квант и модус этих отклонений, руководствуясь при этом центральной функцией собственного существования, или бытия.
Эту норму никогда нельзя отбрасывать, даже при достижении человеком трансцендентных измерений чистой мистики бытия. Константа «Н» должна всегда оставаться в неприкосновенности.
Константа «Н» представляет собой точку отсчета и допустимый предел пропорций всех отношений, складывающихся внутри организмического. Это – направление интенциональности, установленной природой.
Для научной деятельности обязательно требуется изначальный принцип, определяющий специфический критерий начала и развития научного процесса. Поскольку очевидность представляет собой внутренний акт субъекта, а авторитетность любому научному процессу придает очевидность объекта, как следствие возникает потребность в принципе, способном стать посредником между объектом и субъектом.