Но сердиться на нее девушка не могла, прекрасно осознавая ее мотивы. Вместо этого она, глубоко вздохнув, направилась на второй этаж, где у них был заказан столик. Обслуживал их другой официант. Хотя баронессе очень хотелось видеть рядом с собой Раэша, но ей почему-то казалось, что таким образом она его унизит. Просидели они до самого закрытия, и девушка еще дважды упрекала свою подругу за сокрытие такой информации. Сама же она хотела бы помочь ему с деньгами, но каким-то женским чутьем понимала, что, предложив деньги или другую помощь подобного рода, только оскорбит его. В порыве сострадания даже предложила выкупить ресторан и платить ему большую зарплату.
Катерина слушала свою подругу и была вынуждена констатировать тот факт, что этот молодой человек понравился той и очень ее заинтересовал. Может быть, она пока еще не влюбилась, но первые признаки были налицо. Как это «лечится», девушка знала, вот только этот метод никак не подходил для них — никого из молодых людей дворянских семей подводить к баронессе нельзя. А когда они уходили, их глазам предстала картина: одна девица, которую обслуживал Раэш, строила ему глазки и чуть ли не прямым текстом высказывала свою заинтересованность им.
— Ш…, — прошипела баронесса.
Ее подруга слов не расслышала, но прекрасно поняла, что та имела в виду.
Когда Лионэль получила приглашение от князя Воронцова посетить его вечером, она прекрасно понимала, о чем пойдет речь, ведь она сама послала ему сообщение. По пути, зная его дотошность, еще раз вспомнила все события, произошедшие в день покушения. Встретил ее бессменный слуга князя, сообщивший, что ее ожидают в кабинете, и проводивший туда. Войдя в него, эльфийка совсем не удивилась, заприметив там главу внутренней службы безопасности. Увидев ее, оба мужчины поднялись, приветствуя женщину.
— Госпожа Лионэль.
— Князь, граф, — она ответила взаимной учтивостью.
— Вы уже, наверняка, догадались, о чем и о ком пойдет речь, — с места в карьер начал Вяземский. — Расскажите подробно о тех событиях.
И эльфийка детально пересказала все, что было ей известно.
— Значит, вы утверждаете, что первая ментальная атака тоже была совершена при помощи артефакта, — медленно произнес граф, не спрашивая, а просто говоря сам себе. — И уверены, что молодой человек прикрыл вас от нее так, что вы даже не восприняли ее за атаку.
И посмотрел на князя.
— Да, такое может быть, — подтвердил тот возможность такого события. — Если ментальный маг держит мощный щит, то тот может прикрыть и другого человека, если будет находиться строго на линии между ним и атакующим. По поводу уровня, — он задумался на несколько секунд и продолжил: — Я бы сумел, наверное, так защитить, но у меня опыт какой! Кстати, не помешает проверить этот артефакт и изъять его у местных безопасников.
И тут, посмотрев на эльфийку, он спросил:
— Сейчас-то вы составили его полный психопортрет?
— Да, и по-прежнему уверена в том, что не нужно его тревожить и выходить с различными предложениями о клятве, — улыбнулась та в ответ. — С ним что-то произошло — возможно, его обокрали, поскольку сейчас он ходит без своего оружия, хотя ранее никогда такого не случалось. Но я практически уверена, что это не кража. В последнее время он ходит уставший, словно каждый день недосыпает или занимается на износ…
Мужчины внимательно слушали, периодически задавали уточняющие вопросы. Ее рассказ затянулся, поэтому домой она отправилась уже поздно вечером. Когда за ней закрылась дверь, они еще минут пятнадцать сидели, анализируя полученные сведения. Затем князь задал важный вопрос:
— Что будем делать с баронессой?
— Полагаю, что ничего. Во-первых, я склонен верить оценке госпожи Лионэль в отношении надежности молодого человека; во-вторых, он перешел на другой факультет и теперь видеться они будут редко, тем более что ему надо зарабатывать на жизнь.
Они еще некоторое время обсуждали произошедшее, но когда настенные часы пробили два часа ночи, ушли спать.
На следующий день оба направились в местную службу безопасности, вызвав там переполох. Но местного начальства в кабинете не оказалось, поэтому они вызвали к себе мага-следователя, который вел дело. Тот еще ранее, как только узнал, кто вошел в здание, понял, что слов на ветер эльфийка не бросала. А когда ему задали вопрос о том, на каком основании он допрашивал ученика без представителя школы и кто приказал, ответил, как есть.
— Владимир Иванович Хортин, мой начальник. Он приказал проверить подозреваемого на предмет связи с преступным миром, предполагая, что покушение есть не что иное, как их разборки. Откуда у него такие сведения, я не знаю.
Князь Воронцов в это время «считывал» поверхностные мысли, и понял, что сотрудник сказал правду, поэтому махнул рукой, что тот может идти. Им оставалось только дождаться местного начальника. Но когда и спустя два часа тот не появился на работе, они направились к нему домой, взяв с собой дежурный отряд быстрого реагирования.
