Ей требовалось сосредоточиться на том, чтобы остановить убийства и восстановить отношения с Билли. Ей его не хватало. Может, это просто-напросто связано с его новой девушкой? То, что он вдруг перестал довольствоваться тем, что она и остальные члены команды используют его только для технической помощи? Пожалуй, что-то в этом есть. Ванья слишком долго воспринимала его как данность и не всегда интересовалась его точкой зрения. С другой стороны, они всегда были честны друг с другом. Этого-то она и не понимала. Почему так произошло? Чем он недоволен и почему ничего не сказал ей? Не объяснил своих переживаний. Ванья думала и надеялась, что они как раз в таких отношениях. Очевидно, нет. Она решила, что при первом удобном случае обстоятельно поговорит с ним. Это, вероятно, единственный выход.
Она услышала, как чуть поодаль открылась дверь, и вышла, чтобы посмотреть. Это вернулся охранник.
– Он готов.
Ванья с напряжением последовала за ним. Распрямила плечи и попыталась приобрести максимально спокойный вид. Она встречалась с Хинде только раз. Но одно она поняла. Он видит людей насквозь. Читает их. Нельзя нервничать или быть напряженной.
Необходимо просто-напросто блефовать.
Новая комната. Меньше той, где они встречались в прошлый раз. Окон нет. Тот же грязно-голубой цвет, что в коридоре. Похоже на камеру, которую больше не используют. Два стула, между ними стол, и все. Хинде сидел спиной к ней, ноги и руки накрепко пристегнуты наручниками к толстому металлическому столу. Стол, в свою очередь, привинчен к полу. В следственном изоляторе полицейские никогда бы не зашли так далеко. Помимо всего прочего, этого не допустили бы представители арестованных. Но здесь никаких адвокатов нет. Это «Лёвхага». И это не обычный допрос. Повышенная безопасность была, очевидно, одним из требований Харальдссона, чтобы разрешить Хинде с ней встретиться. Ее интересовало, как Хинде удалось добиться встречи за такое короткое время. Себастиан еще по-прежнему не получил разрешения. Вероятно, Хинде что-нибудь дал директору изолятора. Хотя она ничего не имела против именно этого свидания, ей казалось неприятным то, что Харальдссон вообще может влиять на расследование.
Хинде по-прежнему сидел неподвижно, несмотря на то что к этому моменту должен был заметить ее присутствие в комнате. До нее доносился только лязг блестящих цепей, которые позвякивали всякий раз, когда он осторожно перемещал руки. Охранник протянул ей маленькую черную коробочку с красной кнопкой.
– Тревожная кнопка на случай нападения. Я буду прямо за дверью. Постучите, когда закончите.
Ванья взяла у него тревожную кнопку и скептически посмотрела на нее. Охранник улыбнулся в ответ.
– На всякий случай. Согласно правилам вас вообще-то должно быть двое. И еще Харальдссон хочет поговорить с вами сразу после встречи. Хочет получить отчет.
– Само собой разумеется, – ответила она, кивнув, хотя вовсе не собиралась что-либо сообщать Харальдссону. Прежде чем побольше узнает о его роли во всем этом.
Охранник плотно закрыл за собой дверь. Ванья вновь посмотрела на неподвижную спину Хинде, подождала несколько секунд, а потом медленно подошла к нему.
– Ну вот, я здесь, – сказала она, еще не успев обойти его, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Знаю, – ответил он, не оборачиваясь.
Ванья обошла вокруг стола, стараясь держаться от Хинде на расстоянии. Впервые встретилась с ним взглядом. Он смотрел на нее с непринужденной улыбкой, словно сидел в ресторане с чашкой кофе, а не пристегнутым в запертой комнате.
– Я так рад, что ты пришла. Пожалуйста, садись. – Он пригласил ее садиться, кивнув на стул напротив.
Она игнорировала его.
– Что тебе надо?
– Я не кусаюсь.
– Что тебе надо?
– Немного поговорить. Я больше не встречаюсь с женщинами. Поэтому, раз уж мне выпал шанс, надо хотя бы попытаться. Ты бы на моем месте поступила так же.
– Я никогда бы не могла оказаться на твоем месте.
– Я не такой ужасный, как говорит Себастиан. На все есть свои причины.
Ванья повысила голос и подошла на шаг ближе.
– Я здесь не для того, чтобы «немного поговорить». Я здесь потому, что ты сказал, что можешь мне что-то сообщить. Но, похоже, это была пустая болтовня.
Она развернулась и направилась обратно к двери камеры. Подняла руку и уже собиралась постучать охраннику.
– Ты пожалеешь.
– Почему же?
– Потому что я знаю, кто убивал женщин.
Ванья опустила руку и опять обернулась к нему. Он сидел столь же неподвижно, как раньше.
– Откуда тебе это известно?
– Сидя здесь, можно кое-что узнать.
– Ерунда.
– Ты знаешь, что я знаю. – Хинде впервые повернулся и посмотрел на нее в упор. – Ты видела это по мне, когда была здесь в прошлый раз.
Ванья остолбенела. Он просто угадал или действительно заметил у нее в прошлый раз какую-то реакцию? Неужели он уловил то понимание, которое она сама лишь отметила как ощущение? В таком случае, он умеет читать людей лучше, чем кто-либо из тех, кто ей встречался. Значит, он и опаснее всех.
– Если ты знал в прошлый раз, когда мы здесь были, почему ты ничего не сказал?
– Я не был уверен. А теперь знаю точно.
– Каким образом?
