– Я так и думал, – продолжал Вандер, внимательно следя за реакцией на свои слова. – По всей видимости, Аль-Галиму надоело оставаться на вторых ролях, вот он решил сразу сыграть по-крупному – занять первое место в долине. А для этого ему нужна руда. Ибо кто владеет рудой, тот владеет и долиной. Разве не так?
Гордон и Ворон подавленно молчали.
– И что ты предлагаешь? – тихо спросил Гордон.
– А ничего. Просто не поддаваться на уловки Аль-Галима. Проигнорируйте его просьбу. Вы ведь ничего не теряете. К тому же тайная тропа к Новой шахте может оказаться просто блефом. На открытое столкновение Аль-Галим не пойдет. Штурмовать лагерь не будет. Сил не хватит, да и генерал Воислав при таком раскладе в стороне не останется. Не захочет он один на один оставаться с фанатиками в случае гибели Старой крепости. Аль-Галим все это давно просчитал. Вот и придумал коварный план, как ослабить вашу власть, заманив стражей в ловушку под благовидным предлогом.
Вандер замолчал.
– У тебя все? – устало спросил Гордон. – Если да, то можешь возвращаться. Вознаграждение у Ворона. Да, постой! Что за церемония намечена на 21 липня в монастыре?
– Аль-Галим задумал вызвать своего племенного бога. Но это для отвода глаз, а на самом деле решил потягаться силой с Ю’Винтином. При возможности убить его. Не забывайте, Аль-Галим маг, очень сильный маг, но пытается скрывать это, – Вандер постоял немного, глядя на задумавшегося Гордона и решив, что разговор окончен, повернулся и вышел из тронного зала.
Ворон последовал за ним.
– Постойте! – окликнул их барон. – Мне нелегко далось решение, но я принял его. И хочу, чтобы ты, Вандер, знал. Я не буду посылать стражников в лагерь на болоте. Пусть расхлебывают кашу сами!
Произнеся это, Гордон подал знак женщине, та приблизилась с подносом. Он взял бутылку, налил полную рюмку бренди и выпил все сразу, за один глоток.
Когда Ворон с Вандером проходили через оружейную комнату, Ворон наклонился к спутнику и негромко произнес:
– Это ты ловко ввернул насчет Аль-Галима, что он маг и скрывает это. Гордон не любит магов: свои в печенках сидят…
– Я вовсе и не придумывал, – повел плечами Вандер. – Аль-Галим действительно маг…
– Я не говорю, что ты придумал, – с раздражением перебил его Ворон. – Просто удачно получилось.
– Что насчет оплаты, – Вандер резко остановился и взглянул на Ворона.
– Тебе как, сразу отдать или счет открыть? – попробовал улыбнуться Ворон.
Видно было сразу, улыбаться он не привык. Тонкие губы его остались поджатыми, и только их краешки слегка приподнялись, да около глаз, глядящих на мир оценивающим взглядом, образовалась пара морщин. «Улыбка гиены», – подумалось Вандеру. После разговора с Гордоном он чувствовал себя совершенно разбитым, хотелось быстрее убраться отсюда. Вандер равнодушно махнул рукой:
– Открывай счет, – и пошел на выход.
Во дворе было темно. С обеих сторон от двери в замок, справа и слева от застывших истуканами стражников, потрескивали факелы. Подобные факелы виднелись и около входных ворот в цитадель. Там в свете их все еще разминала кости грузная фигура Черныша. По всей видимости, он кого-то поджидал. Заслышав шаги, Черныш обернулся.
– Это опять ты? – наигранно удивился он. – А я вот тебя дожидаюсь. Хотел спросить, что за меч у тебя за спиной, но не успел – ты уже ушел.
– Меч как меч. Катана называется. По должности полагается.
– Катана… – разочарованно протянул Черныш. – Но все равно хорошо смотрится. Особенно с доспехом.
– Благодарю на добром слове.
Помолчав немного и пожевав губами, Черныш добавил:
– Не только за этим ждал тебя, конечно, а хотел сказать, что ворота уже закрыли и без провожатого лучше не соваться. Вот с этим пойдешь, – Черныш указал рукой в темноту на стоящего у ворот стражника:
– Проводишь Вандера до восточных ворот. Скажи Шакалу, что я велел выпустить. Понял?
– Что ж тут не понять. Пошли, – кивнул тот, приглашая Вандера следовать за собой.
Вандер шел следом за стражником, и ему страсть как не хотелось встречаться ни с кем из знакомых. Начнутся расспросы, а настроение было не таким, чтобы разговаривать. Что удивительно, никто так и не встретился, даже Хват, который всегда в это время торчал у арены.
– Что, состязаний сегодня нет? – спросил Вандер топающего впереди стражника, глядя на пустующую арену.
– Гордон временно приостановил, – ответил тот угрюмо. – Сказал, мол, нечего калечить друг друга, когда серьезное дело на носу.
– Думаю, опять разрешит.
– Дай-то Арий! А то скукотища, не дай бог.
Ворота с протяжным скрипом закрылись, и Вандер остался один на один с ночью. И сразу зазвучала, затрепетала разными звуками, далекими и близкими, неясными шорохами таинственная тишина. Удаляющиеся шаги за оградой, топание ног стражи, плеск воды в реке, дробный звук падающего где-то камня, далекий волчий вой, писк совы.
