Пока тачку к хутору толкал Первуша, о Ховане думал. Не глаз у него черный, а душа – завистливая, злобная. Скорее всего, чернокнижник, да еще покровительством княжеского тиуна пользуется. Против Хована осторожно действовать надо, каждый шаг продумывать. Еще не известно, насколько силен в магии Хован. Если сильнее Первуши, то быть беде. И не столько о себе беспокоился юноша, сколько о Купаве. Будет промашка с его стороны, чародей злобный на Первушу и Купаву морок напустить может, как на жителей Марьиных Колодцев.
Через несколько дней Первуша снова в село отправился. Мед на провизию поменять, огольца проведать, а еще щенка забрать. На хуторе охранник нужен. Собаки быстро растут, даже если маленькой собачонкой получится, голос подаст, Первушу разбудит.
За полдня мед в туесках на продукты поменял: два мешка крупы – пшено и гречка. По осени, по холодам, селяне скот забивать станут. Тогда придет пора мяса прикупить, сала. Сало засолить, а мясо закоптить, тогда зимой не испортится. А еще рыбки бы засолить бочку, но она тоже жирок к осени нагуляет, сейчас тощевата. К избе огольца направился. Хозяин – Ивар, во дворе у кучи репы сидит, чистит. Молодая репа сладкая, вкусная. А полежит, так парить можно, мягкая получается, не хуже тыквы по вкусу.
Первуша с хозяином поздоровался. Тот встал, ответил. Приветствовать гостя сидя – признак неуважения.
– Где наследник?
– С ногой все хорошо. На огороде с мамкой горох собирает.
– Ну слава богу!
– Щенка я тебе отобрал, лапы толстые, резвый. Добрый пес вырастет.
– Беру.
Хозяин вытащил из закутка щенка. Недели две ему, смешной, толстенький. Первуша его в руки взял, щенок тут же в лицо его лизнул. Ивар засмеялся:
– Хозяином тебя признал. Первое время в сенях держи, мал он еще. А подрастет – будку сколоти. У каждой скотины во дворе свое жилье быть должно, укрытие от непогоды.
– Сделаю. А как звать-то?
– Да никак пока. Сам и назови.
Первуша откланялся. Щенка в тачку посадил. В руке держать, так обе руки ему нужны, у тачки две ручки. Да и мал щенок, отстанет. Пока шел к хутору, кличку щенку придумал – Пострел. Стало быть – юркий, шустрый.
Купава щенку обрадовалась, потискала его, посюсюкала:
– Ой, какой хорошенький! Как звать?
– Пострел. Месячишко подержать его в сенях надо, пока не подрастет. А потом в будку определим, я сколочу.
Первуша продукты в амбар определил. На зиму на двоих – еще маловато, так медосбор не кончился еще, а второй в августе будет.
Немного меда себе оставить надо. А щенок под ногами так и вертится. Ему бы молочка сейчас, маленький совсем. А на хуторе ни козы, ни коровы. Рогатая скотина дорого стоит – рубль, а то и больше, а где взять такие деньги?
Следующим днем стал подбирать материал для будки. С досками не просто, дорого стоят. Каждое бревно вручную лучковыми пилами вдоль распускали. Доски шероховатые выходили и дорогие. Для полов деревянных их рубанком строгали, только позволить себе такие могли немногие. Потому подобрал горбыль, будку из двух слоев делал, чтобы не продувало и не промокала крыша. У амбара поставил, так щенок сразу облюбовал, внутрь забрался.
– Ты погоди, я тебе кошму войлочную брошу, тогда и заселяться будешь, – пошутил Первуша.
Хоть и делами занимался, а все думки о чернокнижнике Ховане. Что за хитрое и доселе невиданное чародейство применил ключник, а главное – как с ним или его магией справиться?
Следующим днем Первуша снова на торг, как всегда – с тачкой, в которой туески с медом для мены. Товар свой на муку поменял да небольшой горшочек перца у заезжего купца. Вышел с торга, тачку перед собой толкая, а перед ним на возке Хован. Остановился, вперился взглядом:
– Чьих будешь? Почему не знаю?
– Я не холоп, не поденный и не черный, не закуп, а свободный человек. И тебя тоже не знаю, назовись.
Поденный – селянин на княжьих землях, а черный – селянин, приписанный к монастырю. Причем таких много было.
– Ключник я, именем Хован, – важно ответил мужчина.
– А меня Худаней звать.
Хован хмыкнул, ни слова в ответ не сказал, окинул Первушу презрительным взглядом и тронул вожжи.
– Но, мелкая!
Вот и состоялась первая встреча. Сильно не понравился Первуше Хован. И вроде бы – обоюдная неприязнь. Первуша перед ключником шапку не ломал, вел себя независимо. А Хован привык к почету и уважению. Первуша, пока к хутору шел, снова решил прибегнуть к духу предков. Второй раз в жизни, так нужда великая и не для себя старался, вся деревня мучается. И кто-то должен исправить несправедливость.
Обернулся – осмотрелся по сторонам, никого. Да и кто ходит на хутор? Один раз были гости непрошеные, ночные. Тем не менее тачку в кусты закатил, начал призывать духов рода своего:
Глаза закрыл, прислонясь к сосне. Перед глазами сразу видение. Полупрозрачные бородатые духи предков племени его. Первуша мысленно поздоровался учтиво.
– И мы приветствуем славного потомка Рода. В чем нужда, вьюноша?
