Я вдруг осознал всю безысходность услышанного. Действительно так все и есть. Так живут восемьдесят процентов жителей страны. Живут в надежде на светлое будущее, в мрачном настоящем, с мыслями о великом прошлом. Мне вдруг вспомнился мой школьный друг. Его отец работал на вредном производстве и умер, не дожив до пенсии. Умер от рака, который вызывала та самая вредность. И друг встал на его рабочее место. Вместо умершего отца. В табличке на ящике в раздевалке сменилось только имя отчество. И предприятию лучше стало: пенсию не платить, плюс рабочий стал помоложе и поздоровее. На мои вопросы друг отвечал уклончиво, что работы нет, никому он не нужен, а здесь стабильность, полный соц. пакет, отпуск, пенсия и прочие льготы вроде бесплатного молока. Все это называется просто – безысходность. Я думал. Стоял как истукан.
Видя мой понурый и задумчивый вид, мужчина засмеялся. «Ничего, в жизни не все еще потеряно. – сказал он. – Главное вовремя это осознать пока здоров и молод, и самому себе признаться, что надо менять жизнь к лучшему. Человек как любое живое существо может меняться и приспосабливаться к любым условиям. Посмотри на перелетных птиц. Они те же птицы что и чайки. Но они видят все по-другому, и когда приходит время, улетают в другой мир, недосягаемый и неизвестный, полный трудностей и лишений. Для лучшей жизни.
– Для человека такие перелеты называются эмиграцией, – проявив эрудицию пересохшим горлом сказал я. Как калькой или трафаретом я скопировал услышанное на себя. В моей голове все было вперемешку. Как будто в моей голове, вместо мозгов был красивый торт, выставленный в несколько уровней. Снизу были коржи, повыше крем и шоколад. Теперь его перевернули вверх тормашками и смешали слои торта. Сейчас вместо него была просто сладкая каша. Еще минуту я стоял осознавая услышанное.
Да, вроде ничего нового он не сказал. Не открыл новый континент. Новую звезду или планету. Ничего особенного. Но, когда приходит осознание сказанного, когда ты прокручиваешь услышанное на своем примере или примере своих друзей становится жутко и почему-то грустно. Да, действительно, я был ограничен в пределах своего города. И не выезжал из него за редким исключением двадцать пять лет. Нам внушают, что мы свободные граждане в свободной стране. Мы вольны жить как нам охота. И можем делать что захотим. Но так ли это на самом деле? Может быть это иллюзия свободы, которую нам сознательно вкручивают в голову под видом истинной свободы.
Друзья, не отвечая мне, спросите себя, как давно вы покидали свой город? И не на природу, дачу или к родственникам. А просто утром встал, умылся, побрился, позавтракал, пошел в ближайшую турфирму, купил путевку в жаркие страны, и улетел на две недели этим же вечером. Когда такое было, что:
– вы шли после работы, и не глядя в кошелек, покупали охапку белоснежных роз своей любимой? И как бы небрежно, дарили их и говорили, что это сущая ерунда по сравнению с твоей красотой.
– Когда вы говорили детям, что целую неделю их летних каникул вы проведете с ними вместе?
– Когда вы знаете, что ваша семья и дети обеспечены на самый черный день.
– Когда вы спокойны за будущее детей и для них отложены деньги на обучение в хорошем и уважаемом ВУЗе нашей страны.
– Вы уверены, что даже в случае несчастного случая, болезни, инвалидности, вы сможете жить, не меняя свой уровень жизни за счет пассивного дохода, инвестиций, сбережений.
– Вы абсолютно всем доказали, что вы уважаемый и честный человек. Вы ходите по улицам с семьей, с высоко поднятой головой, прогуливаясь неспешно. В эти моменты пусть весь мир подождет.
Вот из таких ответов и состоит истинное понимание слова «свобода». По крайней мере, в моем понимании.
Крики чаек прервали мои раздумья. Я обратил внимание на своего нового знакомого. Его ведро было пусто, и мужчина начал собираться уходить. Чайки были явно голодными. Они кричали и требовали еды. Некоторые из их начали проявлять агрессию. Одна из чаек резко взлетела прямо рядом с нами, я испугался, дернулся, и мой тапок, подхваченный волной, закинуло на метров десять прямо в Байкал. Через пару минут чайки, словно по приказу, поднялись в небо и улетели, оставив меня наедине с мужчиной и тапком в Байкале. Я снял второй тапок и положил его в песок, намереваясь оставить. Лезть в утренний холодный Байкал не было желания. Увидев это, мужчина взглянул неодобрительно. По лицу его скользнула тень укора. Он что-то пробормотал про засорение Байкала неблагодарными гражданами. Камень был явно в мой огород. Не видя других вариантов, я зашел по щиколотку в воду и приготовился плыть. Он начал собираться. Ополоснул ведро и снял перчатки. Желая продолжить наши диалоги после утренней прогулки, я уже стоя в воде, предложил мужчине выпить чашку кофе в кафе у себя в гостинице. Мне нестерпимо хотелось новой информации. Уже все равно, кто он. Мне импонировала его эрудированность и широкие познания психологии людей и масс.
– Вас не задели мои рассуждения? – спросил он подняв брови. Было видно, что он немного удивлен.
