Внезапно Орион стал мрачнее тучи, на его лице полыхнул злобный оскал, но тут же потух. Орион глубоко вдохнул и выдохнул. Вдох и выдох. Орион успокаивал свои эмоции, готовясь к предстоящей схватке, на этот раз смертельной. Никаких игр, никакой пощады. Он либо победит, либо умрёт. Орион отдавал себе отчёт в том, что от его контроля над собой зависит победа над ним, потому-то и начал падавлять эмоции.
— Капитан, отвлеките его силы от нас, — сказал Орион.
Катон изумленно обернулся, и в следующую секунду на них налетел гигантский шторм песка. Орион среагировал во мгновение ока и выставил огненный щит на пути этого песка. Раскаленные температуры превращали кремень в стекло, что мгновенно трескалось и распадалось на тысячи мелких осколков. Так продолжалось до тех пор, пока шторм и щит не пали одновременно. Катон наконец увидел того, кто его наслал. В трехстах метрах от них стоял могучий чернокнижник, а за его спиной — две сотни легионеров, не считая демонов. Уголки губ Ориона слегка преподнялись, и под шлемом Искандар так же улыбнулся.
— В атаку! — прокричал он, и легионеры сорвались с места.
Сикарий сориентировался мгновенно и с воплем «Отвага и честь!» повёл вторую роту в пекло ада. Ультрамарины и Чёрный Легион схлестнулись в яростной битве, каждый поединок склонял чашу весов то в одну, то в другую сторону. Их схватка была достойна легенд.
Орион же не стал отвлекаться на эту локальную, но великую битву. Его целью был Искандар. Поэтому он совершил гигантский прыжок, используя левитацию, и за считанные секунды оказался рядом с Хайоном.
— Зрячий Слепец, Слепой Мечник, Ослепленный Воин. Как же много прозвищ ты себе заработал, — молвил Искандар.
Орион снял повязку с глаз и сложил её в нагрудный карман плаща. Его белые, затянутые бельмами очи были безжизненными, но эмоции, которые он подавлял, давали о себе знать — Орион был зол, и эту злость ему оставалось только направить. Но его контроль над ней впечатлял. Он не срывался, как тогда, и не позволял своей Тьме взять контроль над ним. Искандар даже начал уважать его.
— И благодаря кому, позволь спросить? — дерзко ответил он, вставая в позу «Быка».
Искандар поднял клинок и приготовился к битве. Долго же он ждал повторной схватки. Вокруг них полыхала земля, битва разверзнулась такая, что девятый круг ада не мог сравниться с ней. Стало душно, напряжение между Орионом и Хайоном раскалило воздух. Хайон не выдержал первым. Ринувшись на Ориона, он обрушил Сакраментум на него. Орион с трудом успел уклониться. Хоть он и смог предсказать этот удар, Хайон оказался намного быстрее. Искандар развернулся, и мечи воинов столкнулись. Сталь высекла искры от удара. Орион отскочил и зажёг свою левую руку.
— Получай! — прокричал он, и пламя Анафемы обрушилось стрелой на противника.
Искандар легко улыбнулся и швырнул молнией в ответ, разорвав на части стрелу. Орион был изумлен. Он не использовал этого приёма в прошлой схватке, а Искандар его настолько простой атакой парировал. Хайон, словно насмехаясь над ним, простер свою длань, и из земли вырвались цепи. Орион отпрыгнул, но цепи продолжали преследовать его. Взмахнув клинком, он разрубил одну, но другие плотно опутали его по рукам и ногам, не давая возможности двигаться.
— В прошлый раз ты дрался куда лучше! — прокричал Искандар, рванув цепь на себя.
Скованнный Орион подлетел к нему, и Хайон ударил кулаком. От удара несколько рёбер сломались, и ученик харкнул кровью. Согнувшись пополам, он пал на колено, но меча не выпустил. Внезапно его глаза засияли белым светом, и цепи начали плавиться. Орион вопреки всему поднялся, ореол, сравнимый по яркости с утренним рассветом, овеял ученика, и всю мощь, что в нём была, он направил в одну атаку. Молния ударила Хайона, и тот отлетел на десять метров. Под воздействием мощи Анафемы рана Ориона затянулась. Ученик разорвал цепи и приготовился продолжать.
— Что ж, пора переходить к серьёзным приёмам! Узри же истинную силу варпа! Четыре печати Хаоса! — прокричал Хайон, и Орион почувствовал падавляющую мощь ритуала, который он проводил.
Аура тьмы, что окружила душу Хайона, защищала её лучше, чем силовой доспех тело, поэтому ударить по ней не представлялось возможности. Оставалось только защищаться от Печатей. Вокруг Искандара возникли четыре восьмиконечные звезды, каждая из них олицетворяла ту или иную форму Губительных Сил. Искандар поднял меч:
— Первая печать — печать Крови! — И в этот момент кроваво-красный океан разлился от Искандара. Он был подобен озеру, что пробило плотину и вырвалось наружу.
— Твою мать! — Орион выставил руки вперёд, и океан крови врезался в его ментальный щит.
