Осмотр решили начать прямо сегодня. Тем более две тюрьмы в Петропавловской крепости. Предстояло проверить содержание заключенных. Хорошо ли налажена охрана, нет ли упущений, могут ли общаться между собой заключенные? Штабс-капитана начальник Трубецкого бастиона знал, тот не первый раз приходил с проверкой. Павел же в действующей тюрьме с особым режимом был впервые, все было интересно. Низкие полукруглые своды длинного коридора, узкие зарешеченные окна в толстенных стенах, холод. Печи были только в помещении караульной команды. И тишина, лишь побрякивание железа. Это звякали ножные кандалы на узниках.
Начальник наблюдательной команды взял списки узников, и в сопровождении надзирателей с ключами от камер пошли на проверку. Сами камеры на втором этаже. Проверяли решетки на окнах, простукивали и осматривали стены. Павел поразился карцеру. Помещение маленькое, темное, от стен веет холодом. На узниках тюремная роба грубого сукна, шапочки. Кожа на лицах бледная, давно не видевшая солнца. Многие так и умрут в своих камерах, не увидев свободы. Но всего во всех тюрьмах содержались не более двух сотен политических узников, из которых полсотни – сектанты либо предсказатели, люди не в своем уме. Для огромной по тем меркам страны – совсем мизер. Никак не соотносится с заявлением Ленина, что Россия – тюрьма народов, а царский режим – деспотическое правление. Между тем за время правления Александра II было приговорено к смертной казни 143 человека, из них 126 с 1876 по 1880 год, по политическим мотивам из-за всплеска террористической активности – с взрывами бомб, стрельбой. Тогда как в период октябрьского переворота, гражданской войны, красного террора, голодомора тридцатых и репрессий большевики уничтожили миллионы россиян.
За два дня проверили обе тюрьмы в Петропавловской крепости, на следующий день собирались осмотреть Шлиссельбургскую, но планы изменились.
Уже вечером к Павлу на квартиру пришел сотрудник Сыскного отдела. Павел обрадовался, думал – новости узнает. А коллега по отделу огорошил:
– Меня Путилин к тебе послал. Адресок Расстанная, восемнадцать, тебе знаком?
Екнуло в груди. Путилин вышел на фальшивомонетчика или случилось что-то?
– Федор, ты про тридцать седьмую квартиру?
– Именно. В четыре часа пополудни дворник в отдел прибежал, тебя спрашивал. Дежурный сказал – нет тебя. Дворник говорит – сутки уже некий Бородин из квартиры не выходит. Не было прежде такого.
У Павла сразу мысли замелькали. «Неужели почуял фигурант, что ему на “хвост” сели? Собрал саквояж и сбежал. Гельсингфорс финский рядом, Великий Новгород, Псков. Пойди найди беглеца. Или случилось что? Если так, нити к фальшивомонетчику снова оборвались».
Федор расценил молчание Павла по-своему.
– Думаешь – убили?
– Всякое могло быть. А где сейчас дворник?
– Путилин отправил с ним Козлова, они тебя у дома будут ждать.
– Очень правильно.
Долго ли накинуть куртку цивильную? Только что кобуру с револьвером на ремень нацепил. Так вдвоем и направились. По дороге Федор коротенько обо всех делах в отделе обсказал. Во время службы в Сыскном отделе они приятельствовали.
У восемнадцатого дома, в арке их ждали. Козлов и дворник.
– Ну наконец-то. Бородин – твой?
– Да.
– Идем в квартиру или дворника послать?
Сообща решили – лучше дворника. Вдруг этот Бородин в пьяный загул ударился. При виде чужого человека насторожится.
– Пойди в тридцать седьмую квартиру. Попробуй узнать у жильца – дома ли? Что-нибудь спросить надо бы.
– За аренду он задолжал. Надысь купчиха Арефьева спрашивала – не случилось ли чего?
– Вот и узнай у жильца.
Дворник ушел. Вообще, дворники были первыми помощниками полиции и жандармерии. Всех жильцов знали в лицо, чем занимаются. А еще понятыми были, иной раз в задержании участвовали в качестве физической силы. А, кроме того, приглядывали за домами на вверенной территории. Вроде охраны получалось. И жильцам за мзду малую помогали – вещички поднести, дров наколоть, иной раз печь натопить. Жильцу облегчение, дворнику копеечка в карман.
Козлов и Федор даже по папиросе выкурить успели, дворник к арке торопится.
– Ой, беда! Жилец-то мертвый!
Полицейские и Павел переглянулись.
– Веди! Только тихо.
Подошли к двери квартиры. Дворник рассказывать стал.
– Потянул я за цепочку колокольчика, через дверь слышу – звенит. Но не отворяет никто. Уходить собирался, толкнул дверь, а она открылась. Покричал, вдруг хозяин спит? Не отзывается. Прошел в коридор, вижу – в комнате на полу жилец лежит.
– Почему решил, что он мертвый?
– Сами посмотрите!
Вошли, двери за собой прикрыли, подошли к двери комнаты. Это столовая была, судя по обстановке. Жилец лежит на полу, голова в сторону двери повернута, глаза открыты, не моргают, мертвые. Убийство – вотчина Сыскной полиции. Сыщики сразу дворника спросили:
– Ты раньше в квартире бывал?
– Один раз, но дальше коридора не заглядывал.
– Тогда, братец, ищи подводу, надо будет труп в морг доставить.
Дворник ушел. Козлов сказал:
– Я осмотрю труп, надо установить причину смерти. А вас попрошу осмотреть квартиру. Не взяты ли ценные вещи? Хотя на грабеж не похоже.
