— Нет. Нельзя туда ходить. Алина! Черт… Владик, ты зачем ей показал выход на крышу? Борька! Борька, чтоб тебя Великая Тьма разорвала! Следи за этими двумя! Да чтоб тебя!
Я топнул ногой, хотя, конечно же, топочи́ не топочи́, ничего не изменится. Еще попытался придать своему взгляду положенной ситуации суровости, но чего-то не действовало ни одно, ни второе. Имею в виду, ни взгляд, ни суровость.
Вообще, мы должны были благополучно отойти ко сну, однако ничем подобным даже и не пахло. Алина с Владом развлекались по полной программе. Сначала они прыгали с кровати на кровать, а потом девчонка ухитрилась выскользнуть из комнаты и пробраться на крышу общежития.
Хорошо, что я вовремя спохватился, успел забрать ее оттуда сразу. Вообще, конечно, думаю, со стороны все происходящее смотрелось очень уморительно. Мне так-то на вид ничуть не больше лет, чем этой парочке артефактов, а я ношусь за ними, как мамочка, пытаясь избежать локального апокалипсиса. Даже не как папочка, а как самая настоящая квочка, собирающая цыплят.
И возможно, я бы даже посмеялся над нелепостью всей ситуации. Вот только лично мне было ни разу не смешно. За каких-то несколько часов в обществе двух артефактов я уже был готов убить кого-нибудь. Влада с Алиной же не убьешь. Нельзя. Их даже выдрать и поставить в угол невозможно. Чревато непредсказуемыми последствиями.
Просто эти двое постоянно пытались спорить, пререкаться или доказывать друг другу, кто круче. Естественно, кто круче и важнее для меня. Вот такой побочный эффект у артефактов. Им необходимо быть значимыми для своего хозяина.
— Детская ревность. — Со знанием дела сообщил Борька после первой же из стычки.
А она, естественно, произошла очень быстро, буквально сразу после того, как Алина «въехала» в нашу комнату, которая, между прочим, не резиновая. Если Смерть собирается тащить ко мне под бок все артефакты, то, пожалуй, у нас проблема. Нужно выделять отдельный этаж.
— А я вот не понял… Кто-то решил поиграть в мозгоправа? — Я повернулся к бетайласу, переместив вектор своего гнева на слугу.
— В этом мире, кстати, они очень популярны. — С умным видом высказался Борис, хотя суть была уж точно не в этом.
— Я очень рад, что ты так прекрасно разбираешься в особенностях Закрытого мира, но меня гораздо больше устроит, если ты начнёшь лучше следить за детьми.
Я прям злился. Сильно. У меня даже возникла мысль, что на самом деле Валькирия придумала новый вид издевательств. Что она приволокла Алину вовсе не ради той цели, которую озвучила. В реальности, просто бывшая Госпожа решила отыграться на бывшем слуге-некроманте столь изощрённым способом.
Кстати, Смерть, хитрая, двуличная дамочка, совершенно права оказалась насчёт Левина. Директор на появление Алины отреагировал с абсолютным спокойствием.
После нашего непродолжительного совещания в библиотеке, которое закончилось моей капитуляцией, Валькирия решила, что можно всем расходиться. Я, честно говоря, слегка удивился.
Так-то всего лишь неделю назад с моей стороны в сторону Смерти прозвучали откровенные намеки на существование некоторых непреодолимых противоречий между нами. А эта дамочка сначала вообще не появлялась, теперь просто привела девчонку и все. Все! Никаких ответных мер.
Варианта два и оба относятся к категории невозможных. Первый — Валькирия не поняла нашей словесной перепалки, а это очень вряд ли. Мы весьма категорично вели себя оба. Ситуация с Мариной выбесила меня изрядно и Смерть с самого начала знала, что реакция будет именно такой. Не могла не знать. Иначе не стирала бы мои воспоминания о няньке.
Второй вариант — Высшая непротив отпустить бывшего слугу-некроманта на вольные хлеба, позволив действовать самостоятельно. То есть, как бы, цель моего пребывания в данном мире — власть Валькирии, но она доверяет всему, что я буду делать.
Хм… Пожалуй даже в первый вариант готов поверит быстрее, чем во второй. Смерть никогда и никого не выпускает из своих цепких ручек. Она крайне жадная особа.
В любом случае поведение Валькирии сильно напрягало. Потому что был еще третий вариант. Самый поганый. Она затаила злость и готовит какую-то пакость. То есть сейчас, пока я ей нужен, готова закрыть глаза на вызывающее поведение взбеленившегося слуги, но как только необходимость в моей помощи отпадёт, она меня уничтожит. Причем, уверен, способ уничтожения будет максимально изощрённым. Убить — слишком просто. Заставить мучаться долгие, долгие тысячелетия — самое оно.
Как бы то ни было, спросить Валькирию в лоб я не мог. Вернее, мог, конечно, но со сто процентной гарантией скажу, ответ будет очень далек от правды. Ну и какой смысл тогда сотрясать воздух?
Поэтому из библиотеки мы вышли молча, без споров. Имею в виду себя, Бориса и девчонку-артефакт. Смерть осталась в обществе книг заниматься какими-то важными делами. Представить не могу, с какими.
Алина, кстати, вела себя в тот момент достаточно спокойно, даже скромно. Стеснялась, наверное. Правда, едва оказались на улице, попыталась взять меня за руку.
— Эй! Давай только без этого.
