Лестница была узкая, а потолок над ней — низкий, потому мы шли друг за другом, лишенные возможности видеть что-либо, кроме спины идущего впереди.
— Да, милейшая мистресс Флайт, я вижу книгу, — не выдержал мой друг. — Она лежит в хрустальном ларце, который висит на медных цепях, приделанных к потолку. И слегка раскачивается.
— Правда? — восхитилась Флоренс и начала тыкать кулачком в спину Фалька. — Карл, увалень ты эдакий, поспеши, я хочу это сама увидеть поскорее! А я-то боялась!
— Даже иногда не знаю, кто дурнее, — задумчиво сказал Аманда, идущая за мной. — То ли репа, которой мы полгода питались в замке и которая мне надоела до смерти, то ли Флоренс. Так-то они вроде одинаковы по степени разумности, но иногда мне кажется, что репа выглядит более осмысленной.
— У репы есть еще и другое преимущество, — присоединилась к беседе Фриша. — Репа полезная, сама же сказала — ее есть можно.
— Врушка! — Флоренс добралась до Гарольда, просунула голову под его локоть и возмущенно пнула нашего Монброна ногой. — Тут нет хрустального ларца! Тут вообще ничего нет!
— Репа уверенно лидирует, — подытожила Луиза. — И еще, моя дорогая Фло, ты не права. Тут есть проход, по которому мы отправимся дальше. И, что важно, он один, то есть пока нам не надо выбирать, куда идти.
И вправду — сразу у окончания лестницы начиналась узкая дорожка, причем сделанная явно на совесть то ли благодарными современниками, то ли потомками. На ее создание даже не пожалели дорогущих мраморных плит. Нет, наверху полно строений из этого материала, но одно дело — мавзолей родовитого аристократа, который видят все, и другое — вот такая дорожка.
— Монброн, я с тобой пойду впереди, — сказал непривычно серьезный Флик. — Не обижайся, но я могу увидеть то, чего ты не заметишь.
— Ты о ловушках? — уточнил у него Гарольд. — Я верно понял?
— О них, — кивнул Флик. — Я никогда не промышлял по могильникам и храмам, не по мне это, но зато общался с теми, кто о таких местах все знает. Так вот, они много чего рассказывали. А я подобные вещи всегда хорошо запоминаю.
Чем дальше мы углублялись в крипту, тем сильнее росло наше удивление. Нам не встречалось ничего такого, что могло бы вызвать страх. Никаких ходячих скелетов, призраков, мороков, пресловутых ловушек. Даже множества переходов — и тех не было. Мы двигались по той же дорожке из мрамора, на которую ступили, спустившись с лестницы.
Флик то и дело останавливал нас и делал какие-нибудь манипуляции — бросал перед собой горсть песка, который он, оказывается, притащил сюда в мешочке, или внимательно глазел на стены, что-то пытаясь там увидеть.
— Не понимаю, — бормотал он себе под нос. — Как же так? Опять ничего.
Вот так, не плутая по коридорам, не угодив в ловушки и не встретив никакой опасности, мы и дошли до главного зала крипты. А других помещений здесь, похоже, и не было, поскольку мраморная дорожка закончилась. Пять массивных саркофагов, стоящих полукругом в центре зала, четко давали понять: перед нами — цель нашего похода.
Сам же зал был не то чтобы большим — просторным, и кроме саркофагов здесь больше ничего не обнаружилось. В сполохах пламени факелов было видно, что стены изукрашены какими-то рисунками, надо полагать, повествующими о подвиге, который в давние времена сотворили те, кто покоится здесь. Еще тут на редкость легко дышалось, не было и намека на пыль, которая забила нам всем носы по дороге сюда.
Мы застыли на пороге зала, глазея на саркофаги.
— И? — минутой позже сказала Аманда. — Что дальше?
— Не знаю, — растерянно сказал Гарольд. — Книги я не вижу.
— Значит, придется потрошить гробы, — деловито заметил Флик. — Скорее всего, она в одном из них.
— Это неправильно, — заявила Луиза. — Можете меня обзывать как угодно, но так нельзя. Здесь лежат хорошие люди, герои. А мы не воры.
— И что нам тогда делать? — резонно заметила Фриша. — Постоять тут и пойти обратно, а потом объяснять Ворону, что мы не сочли возможным забрать то, за чем он нас послал, потому что это было неправильно?
— Бредовая ситуация-то. — Аманда внезапно засмеялась. — Знаете, а мне почему-то кажется, он знал о том, что мы здесь увидим. Наш наставник не от мира сего, я это давно поняла. И задания у него такие же.
Она отстранила Флика, который, сузив глаза, изучал помещение, и подошла к саркофагам.
— Очень может быть, что здесь и вовсе никакой книги нет, — добавила она, изучая крышку одного из них. Та была истинным произведением искусства, неизвестный камнерез изобразил мужчину, спящего вечным сном, вероятно, одного из магов. — Или она уже у него в библиотеке.
— А запросто, — согласился с ней Карл. — Он вообще мог нас сюда отправить просто так, чтобы мы не заскучали и под ногами у него не вертелись.
— Или затем, чтобы понять, насколько далеко мы можем зайти в своих поступках, — выложил я мысль, вертевшуюся у меня в голове. — В данном случае — готовы мы копаться в останках легендарных магов ради того, чтобы стать первыми, или нет?
— Фу! — поморщилась Флоренс. — Эраст, мысль правильная, но ты ее так некрасиво изложил, что мне даже противно стало.
