— Смотрят? — прокряхтел я, обливаясь потом — Несут, мессир ди Скорсеза, несут! А еще говорят, что своя ноша не тянет! Вот, тянет! И еще как!
Ворон приподнял голову и издал несколько неразборчивых фраз, в которых, как видно, не одобрял произнесенное мной.
Хотя, возможно, это он что-то спел. Или, к примеру, стихотворение решил прочесть.
Ну да, со стихотворением меня занесло, согласен. Но песня могла быть запросто, поскольку он еще и ногами задергал, явно попытавшись выдать замысловатое коленце.
Значит, завтра с утра уезжаем? Ну-ну. Одно хорошо — он не только для разговора со мной не пригоден сейчас, но и для разговора с Виталией.
— Наставник устал за последние месяцы, — дипломатично заметила Луиза, которая довольно комично смотрелась с моей шпагой, которую она держала в руках. Я снял оружие, потому что оно мешало мне волочь учителя, а она вызвалась его донести до гостиницы. С учетом того, что шпага была ненамного короче самой Луизы, это и в самом деле выглядело очень смешно — Да еще эта дорога… И духота в зале.
— И его всегдашнее легкомыслие и безнаказанность, — в тон ей продолжил Вартан. — Но следует упомянуть еще его везение. Так своих наставников выгораживают только те ученики, которые их на самом деле очень чтут. Вы все из таких. Ему повезло.
— Да-а-а-а-а! — на редкость ко времени в тот же миг хрипло заорал Ворон. — Ух я вас!
— Интересно, это он о ком? — заинтересовалась Магдалена, но ответа не получила, поскольку эта последняя вспышка активности доконала нашего наставника, который, по идее, должен был служить для нас всех примером. Проще говоря — он окончательно уснул. И не проснулся даже тогда, когда мы тащили его по лестнице в комнату, при этом пару раз случайно приложив боками о перила.
— Фффу! — ди Скорсеза вытер испарину со лба. — Однако тяжел он у вас. Я думал, тяжелее занятия, чем перевод рукописей со старофалийского языка, не бывает, но ошибался.
— А что это за язык? — заинтересовалась любознательная де ла Мале. — Я о таком и не слышала.
— Неудивительно, — благосклонно посмотрел на нее толстяк. — Он давным-давно стал мертвым, как, впрочем, и народность, которая на нем говорила. Жили эти самые фалисцы там, где сейчас находится королевство Фольдштейн…
— Пойду подышу воздухом, — довольно неучтиво перебил я друга Ворона. — Что-то мне душно стало. Да еще это вино… Хотя — о чем я? Мастер Вартан, думаю, мне следует проводить вас туда, где вы остановились. Все же — ночь, мало ли что? Лу, шпагу уже можно отдать.
— Да на, забирай — чуть разочарованно сунула мне оружие девушка. — Вот кто тебя за язык тянул? Мне ведь интересно было!
— Я видел внизу лавку, — улыбнулся ди Скорсеза. — Пусть Эраст прогуляется, а я пока поведаю вам и вашей подруге, если ей, разумеется, это будет интересно, кто такие были фалисцы и чем они прославились. Мне все равно на улицу выходить не очень хочется. Там прохладно, а я, знаете ли, теплолюбив.
Не стану скрывать — я бы и сам послушал его байки, тем более что мессир ди Скорсеза явно знал толк в этом искусстве. Но вот возможности такой у меня не имелось. Попробуй я послать куда подальше назначенные мне встречи, и все неприятности последних дней, боюсь, покажутся мне детскими играми.
И прямым подтверждением тому было ворчание Агриппы, которым он донимал меня всю дорогу. При этом суровый наемник не особо выбирал выражения, рассказывая о том, что некогда некий мужчина и некая женщина очень сильно погорячились, задумав сотворить такое недоразумение, как я. От его неумолчного бубнежа я даже протрезвел окончательно.
Но это еще ничего. Встреча с мастером Гаем, который, как оказалось, обзавелся домом в Руасси, то ли собственным, то ли снятым внаем, оказалась куда неприятнее.
Войдя в дом через «черный ход», который представлял собой дорожку ведущую сквозь изрядно запущенный сад, Агриппа привел меня в небольшую комнатушку, расположенную на втором этаже. Мастер Гай уже был там. Он сидел в кресле, которое на этот раз более соответствовало его тщедушному тельцу, и недовольно барабанил пальцами по столу.
Заметив меня, он мрачно произнес:
— А теперь рассказывай. Все как было, подробно и без утайки. Это в твоих интересах.
— Досточтимый господин Гай Петрониус, первым делом мне хотелось бы поздравить вас с тем, что… — затараторил было я, выдавая подготовленную по дороге речь, но, повинуясь движению руки мага, замолчал, не закончив ее.
— Давай, говори, что велено, — ткнул меня в спину Агриппа. — С самого начала, как мне сегодня. Мол — эта потаскуха тебя сцапала в коридоре…
— Не подсказывай, — оборвал его архимаг. — И потом — у него свой язык есть. Мозгов нет, а язык пока есть.
Деваться было некуда, и я выполнил приказ моего нанимателя. То есть — рассказал все как было, в мельчайших подробностях, не забыв даже упомянуть то, что в особо пикантные моменты мистресс Виталия сквернословила так, что даже портовые грузчики из моего родного Раймилла и то заслушались бы.
— Хитра, — выдержав паузу после того, как я замолк, подытожил мастер Гай. — Агриппа, ты полагаешь, что она метила в Ворона?
