Берт хмыкнул. Он уже десять минут спорил с Ласаром. Вернее, спорил один дракон, потому что орк выбрал правильную выжидательную тактику, зная, что друг обязательно уступит. Впрочем, все споры заканчивались у них одинаково, ну почти все. И в такие минуты Берт понимал, что Ласар старше, и речь шла не о возрасте, и умнее.
— И если хоть кто-нибудь из вас проболтается об этом, я… — дракон задумался, а затем махнул рукой, — поверьте, я выдумаю… что-нибудь…
— Мы никому не скажем, — торопливо подтвердил Самерс, который уже не один год мечтал прокатиться на драконе. И рассказывать об этом он никому не собирался. Зачем? Ему и самому хватит воспоминаний об этом дне.
— А мне никто и не поверит, — поддакнул Моник, новый юнга.
На палубе после слов мальчишки все рассмеялись, и даже Берт улыбнулся. После чего одалим расправил светлые крылья и взлетел.
Вулф, Жох и другие матросы за несколько лет уже много раз видели, как одалим обращается в дракона. Но каждый раз для них это было настоящим чудом. Ведь магия для обычных людей всегда была чем-то волшебным и недостижимым.
Берт, зная, что у него много зрителей, решил покрасоваться. Так что он взмыл высоко в небо к облакам. После чего он замер и бросился вниз, уже в полете обращаясь в дракона. Светлая чешуя блестела в солнечных лучах, а вертикальные зрачки внимательно следили за зрителями. Берт резко спикировал вниз, он прошел в пару метрах от корабля, едва не задев крылом паруса.
— Сожри меня больс, — пробормотал юнга и испуганно плюхнулся на палубу. Он только недавно поступил на службу и еще не видел истинный облик дракона.
Ласар рассмеялся.
— Он же просто огромный, — добавил мальчишка, немного обиженно взглянув на своего капитана.
— Метров шестьдесят в длину, — предположил Вулф.
— Больше, — восхищенно заметил Самерс.
— Шестьдесят пять метров, — подтвердил Ласар, который один раз не поленился и измерил длину друга. Хотя орк до сих пор задавался вопросом, что же это за магия, если она превращает одалима в огромное могущественное существо, от которого невозможно было отвести взгляд. Берт однажды сказал, что обращение совершенно безболезненно. Напротив, оно приносило свободу.
Берт завис в воздухе, поторопив Ласара и моряков. Мужчины, однако, замерли, опасаясь вскарабкаться на спину дракону.
— А можно мне с вами? — с надеждой спросил Моник.
— В следующий раз.
— Ага, — буркнул мальчик, — когда только этот раз наступит.
— Не успеешь даже заметить, — ответил серьезно Самерс, и впервые он не воспользовался шансом подшутить над юнгой.
Ласар удивленно взглянул на своего лучшего лучника и помощника, но времени задать тому вопрос у него не было. Орк первым подал пример и вскарабкался на спину дракона.
Моник, пока никто не видит, попытался отковырнуть хотя бы одну чешуйку у Берта.
Дракон повернул голову и выпустил маленькое облако дыма. Но мальчишка, вместо того чтобы испугаться, достал из сапога маленький нож и принялся помогать себе с удвоенной силой. Такой энтузиазм так удивил дракона, что одна из его чешуек оказалась в руках Моника. Парень выронил нож из рук, и чтобы не потерять чешуйку, он спрятал ее в платок, как будто это была величайшая из драгоценностей мира.
— Слушай, а ты случайно не сбрасываешь чешую как змеи? — спросил Самерс, проследив за действиями Моника и едва не повторив его действия по добыче чешуйки. — А то на тебе можно было бы озолотиться.
Дракон только фыркнул в ответ, посчитав ниже своего достоинства ответить на этот вопрос.
Ласар был единственным, кто осмелился устроиться практически на шее дракона. Остальные «наездники» предпочли хребет дракона, чтобы удобно ухватиться за костяные выступы.
— Держись прямо по курсу, — приказал орк.
— Да, мой капитан, — и даже в голосе дракона можно было услышать насмешливые ноты. После чего Берт вновь спикировал резко вниз. Общий крик матросов прозвучал практически как симфония. И только Ласар хранил молчание. Хотя, нет, он не молчал, а смеялся.
Берт ожидал другой реакции друга, поэтому полетел уже более ровно. Правда только до слов орка, который похлопал его по шее как породистого жеребца.
— Ты становишься предсказуемым, мой друг.
— Неужели?
Дракон резко, практически вертикально, полетел вверх. Самерс едва успел подхватить Вулфа, который голосил о том, что боится высоты. Моряк заявил, что если Берт еще раз совершит свой трюк, то он не досчитается его в конце пути.
— Извини, — буркнул Берт.
— Точно предсказуем, — усмехнулся Ласар.
Но лучше орку было бы в этот раз промолчать. Так как он и сам усомнился, что сегодня они достигнут остров живыми и невредимыми. Возможно, путь через карковые пороги был бы более безопасным, успел подумать орк прежде, чем все его мысли вылетели из головы. И теперь все силы уходили на то, чтобы удержаться на драконе.
Наконец-то безумный полет завершился, и дракон приземлился. Моряки, которые с радостью мечтали о полете, теперь еще с большой радостью спрыгнули на землю.
