Я покорно протянула ей руку и застыла. Хотела зажмуриться, но не собиралась подтверждать слова Флоры. Я не трусиха, совсем нет! Здесь мне не могут сделать ничего плохого, ведь так?
Флора ухватила меня за запястье, и я почувствовала легкий укол точно в центр ладони. Боль была мимолетной и прошла так быстро, что оставалось только гадать: была ли она вообще?
Женщина вложила кристалл мне в руку и заставила сжать пальцы.
– Поисковый камень заберет твою кровь, – сказала она и подвела меня к многочисленным полкам, где были разложены все ее каменные богатства. – Он отныне твой. Заберешь с собой, когда будешь уходить.
Флора потянула за цепочку и подняла камень повыше, чтобы я смогла его рассмотреть. Минерал из молочного стал ярко-красным, внутри него поблескивал тусклый золотистый огонек. Он мерцал и крутился, как юла, носился от грани к грани и бился о бока “клетки”, чтобы через секунду снова повиснуть точно в центре.
– Не все понимают, что не нужно заходить в магазин и хватать все, что на тебя смотрит, – Флора обвела взглядом ряды полок и поднесла камень к углублениям, где лежали другие минералы. – Кровь – средство в нашем мире универсальное. Ею можно заряжать амулеты, ею можно расплачиваться так же, как и обычным золотом, а иногда… даже исцелять.
– Похоже на магию, – сказала я, завороженно наблюдая за движениями тонкой, но крепкой руки. – На чары, что в Ордене не жалуют.
– Магия – сила дикая, – отмахнулась Флора. – Неизведанная, нестабильная и чуждая нам так же, как кошкам чужды политические споры. Люди пытаются подчинить силы природы – и сходят с ума, а наш бравый Орден потом разгребает последствия. Да, Эктор?
Глухой ответ со стороны кресла заставил меня вздрогнуть:
– Можно и так сказать.
– И то, большая часть магических сил меркнет рядом с пиромантами, – продолжила Флора. – Чары местных колдунов и знахарок, что мнят себя великими и всесильными, как и любой, кто коснулся неведомого, не сравнятся с первородным пламенем. Но ничто из этого не может превзойти силу крови, – взгляд женщины впечатался в меня, проехался по коже не хуже раскаленного уголька. – Особенно если та обладает нужными свойствами. Ты думаешь, великая Экда победила только благодаря силе духа и мастерству? Ее кровь стала той соломинкой, что переломила хребет пиромантии.
Флора тяжело вздохнула и замерла, наблюдая, как покрасневший камень раскачивается над темно-синим шариком. Сверкание золотистого узелка внутри поискового амулета стало ярче, огонек заметался, забился, как кролик в силках. Флора аккуратно извлекла шарик из углубления и поднесла к моим глазам.
– Это кварид или, как его называют в деревнях, “благой корень”. Камешек нередкий, но настроить его на человека – сложно. Не всякая кровь подойдет. Часто кварид остается глух и слеп, не отвечает на призыв поискового камня. Но если получилось, то он подскажет, есть ли в растении перед тобой яд или оно безопасно. Если ты остановилась у незнакомца, то всегда сможешь проверить им еду и питье.
Шарик упал мне в ладони, и Флора продолжила водить поисковиком над углублениями, пристально наблюдая за тем, как ведет себя огонек в моем камне.
– Интересно, – протянула женщина, снова остановившись. В этот раз – над острым на вид осколком, похожим на застывший кусочек солнечного света. Он был почти не обработан, и я подумала, что при желании камнем можно даже порезаться. – Это шкат. Для простоты – “солнцекрад”. По его виду ты, наверное, уже понимаешь, что он способен накапливать и сохранять свет. А если очень захочется… – Флора хитро прищурилась, – можно зарядить его так, что камешек превратится в мощную взрывчатку. Только т-с! Я потом расскажу как.
Эктор тихо хмыкнул, но я не могла оторвать взгляд от камней.
Будто на моих глазах совершалось невероятное таинство и мне позволили стать его частью, окунуться в мир, о котором раньше я только читала.
– И еще один интересный выбор, – в этот раз тон Флоры показался мне мрачным. В ее ладони оказалась отполированная до блеска круглая черная пластинка. Она спокойно бы уместилась в кулаке, но странные красноватые отблески на поверхности поднимали внутри меня холодную дрожь.
– Это “зеркало ушедших”, – раздался позади голос Эктора. – Если взять кровь умершего, то оно покажет последние его воспоминания.
Мы с Флорой повернулись одновременно.
От одного только взгляда наставника по спине пробежал холодок – таким напряженным и сосредоточенным он был.
– Верно, – женщина кивнула и вложила пластинку в мою ладонь. – Тяжелый камень. И тяжелое бремя. Мертвые никогда не хотят, чтобы кто-то лез в их мысли, пусть даже после ухода от них остаются только обрывки и тени.
– Это камень дознавателей, – прогудел Эктор и медленно поднялся со своего места. – Камень допросов.
