Заботы самодержца — Речи юродивых — Шуба Холмогориеву, удавка Чёрной клизме и плети Просвирке - «Добрые русские люди» крадут у Ивана Ивановича десертную ложку — Кремль и инородцы — Появление Джохара Дзардаевича из АП — Дуга и Модестка - Иван разыскивает Алевтину — Ожиданная встреча — Министерство Национальной Идеи
… следующим на небольшой помост в центре Царской Палаты, украшенной головами зубра, звёздами и орлами взошёл одутловатый мужчина в сером костюме... Палата выглядела так странно, потому что Иван Иванович Лукин, самодержец всея новой Руси, твердо помнил заветы учителя, Лорченкаева, и старался отдать тому оммаж во всём, включая убранство дома. И потому инородным телом в зале выглядел мужчина на помосте, который в иной обстановке — нормальной — пришелся бы ко двору, ибо выглядел как типичный политун, специалист политологических наук. В пухлой, бабской руке (Иван поморщился, некстати вспомнив Алевтину) мужчина держал дорогую трость красного дерева. Впрочем, пальцы его не были видны из-за перстней, словно бежавших от ногтей к кистям... покрывших конечность Пухляша, как его окрестил про себя Иван, будто щитовки — больное ими растение (Её Императорское Величество Настенька полюбила огородничать да садовничать, так что Иван Иванович начал неплохо разбираться в растительном мире).
● А это у нас кто? - поинтересовался Иван, кутаясь в соболиную шубу.
Да, несмотря на то, что образ жизни Иван Иванович вёл спартанский, на радость и заглядение всем своим 300 миллионам подданным, в кое-каких гедонистических удовольствиях отказать он себе не мог. Например, в теплой одежде. Иван, мерзнувший всю свою жизнь - «между ледяной батареей не работающего центрального отопления и буржуйкой в девятиэтажном доме мы рождены», цитировали его мемуары школьники Новой России — твердо намеревался никогда больше не страдать от холода. И потому всегда кутал слегка ноющие от боли руки в теплющие муфты лучших мехов Сибири, воссоединившейся с Россией на 6-м году Русской Реконкисты, ведомой Лукиным. Слегка оправдывал эту страсть Ивана, за которую тот все равно иногда испытывал стыд, лишь высокий уровень жизни в Новой России, где подобную одежду мог позволить себе любой работающий гражданин или гражданка (третий и четвертый полы при Иване Ивановиче отменили). Так что Иван с наслаждением чувствовал, как разбегается по больным от холода и тяжкого труда тепло — словно перстни на руках следующего оратора, вспомнил он, где и зачем находится — и благосклонно кивнул, чтобы не вынимать руки из муфты для повелительного хлопка. Пухляш сел на табуретку на одной, почему-то, ноге, и быстро заговорил, стараясь отчетливо произносить окончания слов (и оттого не глотая их, а словно надкусывая):
● Начать я бы хотел с самого начала, Ваше Императорской Величество, - сказал он.
● … - милостиво кивнул Иван.
● Обратимся ко временам крещения Руси Изначальной, - сказал Пухляш.
● … - милостиво, хотя с некоторой опаской, кивнул Иван Иванович.
● В конце IХ века возникла Русь Рюрика, которая усилиями Вещего Олега объединилась, согласно летописи, в 882 году, с Русью Аскольда. Теперь одно политическое объединение контролировало оба торговых пути, ведших через Русскую равнину, – и путь «из варяг в персы» и путь «из варяг в греки». Главным политическим центром стал Киев – пункт, выдвинутый ближе к Константинополю (и это предопределило и культурно-цивилизационный выбор Руси). А попадавшие в политическую орбиту этой Руси народы постепенно превращались в Русь уже и в этническом смысле. Разумеется, этот процесс был не одномоментным. Славянские племенные объединения переваривались Русью постепенно. По всей видимости, сразу отождествили себя с Русью только поляне. Древляне сопротивлялись весь Х век, и их подавление владыками Киева окрасило кровью самые мрачные страницы ранней летописи. Племенная память северян и вятичей сохранялась ещё в XI веке. Однако имя Руси постепенно стало главенствующим. Огромную роль в этом сыграло принятие христианства при князе Владимире. Именно оформление русской культуры в христианском контексте сделало национальное самосознание Руси предельно чётким. – отмечал выдающийся русский публицист и политический мыслитель И. Л. Солоневич. Русская нация появляется на историческом поприще одновременно с большинством других христианских наций Европы. Если посмотреть на карту... - забубнил мужчина.
