… Путиненко, в свою очередь, никак не пострадал от Ельцинена, но перешел к решительным действиям, боясь погибнуть, особенно после того, как Ельцинен неожиданно за день до своего дня рождения удалил от себя под тем или иным предлогом находившихся рядом с ним друзей Путиненко, словно оказывая им почести
(2)... полагая, что ему было предначертано судьбой получить императорскую власть, и даже подобрал прозвище, соответствующее его будущему положению. Таким образом, он устроил заговор против Ельцинена, заручившись поддержкой и Березанария,(3) братьев из рода..., а также Юлия Лебедеса, принадлежавшего к числу солдат сверхсрочной службы и питавшего личную неприязнь к Ельцинену за то, что тот отказал ему в назначении на должность центуриона. Их замысел был осуществлен следующим образом. (4) Восьмого апреля, когда император отправился из Санкт-Ленинграда в Суздаль и слез с лошади для того, чтобы справить нужду, Лебеденен, приблизившись к нему, будто бы желая что-то сказать, нанес удар кинжалом. Он тотчас же бежал и сумел бы ускользнуть, если бы избавился от орудия убийства.(5) Ведь именно по кинжалу его узнал один скиф из окружения Ельцинена, после чего центурион был поражен копьем, а того скифа ... убили военные трибуны, подоспевшие будто бы на помощь. Упомянутый скиф оказался тогда при императоре не только как солдат вспомогательных войск, но и как своего рода телохранитель.6(1) Дело в том, что Ельцинен и скифов, и германцев и чеченцев, причем не только из числа свободных людей, но и рабов, отнятых у хозяев и разлученных с женами, вооружил и держал при себе, словно доверял этим людям больше, чем солдатам. Он всячески чествовал их, в том числе назначал на посты центурионов и называл «львами».(2) Кроме того, с послами от тех племен, к которым принадлежали эти воины, он часто беседовал в присутствии одних лишь переводчиков и подстрекал их к тому, чтобы в том случае, если с ним что-то случится, напасть на Московию и идти на Москву.
