— Я ответила, что это не ее дело, с кем я сплю в свободное от работы. время, сказала, что это вообще не я, потому что не практикую запись подобного видео. Она сказала, что это очень даже ее дело, потому что она работает в опеке, и что я обо всем пожалею. И ушла, а Юрий Семёнович попросил меня написать заявление об увольнении по собственному желанию. Я отказалась, сказала, что это была не я, и он не имеет права увольнять меня ни за что. Директор отпустил меня работать дальше, а после обеда позвонила учительница Богдана и сказала, что его забрали. Я спросила кто, она ответила, что из опеки. Я все бросила и поехала в школу к Богдану, но мне не смогли объяснить, куда увезли моего брата.
Я поднимаю на Захара глаза и спрашиваю тихо:
— Неужели это ты?
Мне не хочется в это верить, но откуда у кого-то еще может быть видео нашего с Кабириным секса?!
— Лийка! — Захар дергает галстук, ослабляет ворот рубашки. Видно, что злится.
А что я должна думать? Особенно после того, что наговорила ему прошлой ночью.
— Я никуда не сливал видео, — говорит Захар громко и четко, — Это могло быть видео того, как мы были вместе в гостиной у камина. В спальне не ведется видеозапись. Но то видео я приказал удалить. Сразу же. Я не понимаю, откуда мог быть слив.
Я дергаю головой. Не хочу ничего знать и ни в чем разбираться.
— Это все неважно, — произношу вслух, — Мне важно, чтобы мне вернули Богдана. Ты вроде к нему неплохо относишься. Только представь, как ему сейчас плохо и страшно!
Кабирин морщится, но наверняка представляет, что должен сейчас чувствовать десятилетний мальчик, которого увезли непонятно куда и непонятно по какой причине.
Мне очень нужно, чтобы он мне помог, иначе я не знаю, что делать дальше.
— Я сделаю несколько звонков. К вечеру мальчишку привезут обратно. А видео удалят из сети И скоро о нём забудут...
Не пойму, что им движет сейчас. Но так легко говорить о том, что я сегодня пережила...
Не выдерживаю и бросаю обвинительно:
— Ты хоть представляешь, насколько это унизительно?!
— Так-то — я тоже там есть. И мне по барабану, — для него что — это все в порядке вещей?!
— А мне нет, и я не понимаю почему такое должно было случиться именно со мной, — роняю тихо и не глядя на мужчину.
Захар садится на диван рядом со мной, берет мою руку в свою, слегка пожимает.
— Все наладится. Вот увидишь. Не нужно так переживать, — пытается меня успокоить.
Я лишь криво улыбаюсь.
Потом Кабирин начинает звонить прямо при мне, разговаривать с кем-то коротко и по делу. После нескольких звонков откидывается на спинку дивана, запрокидывает голову назад, закрывает глаза.
— Богдана вернут сегодня, — произносит ровно.
— Спасибо! — слетает с моих губ.
Говорю, потому что чувствую, что так и будет.
— Но его привезут ко мне домой. И под мою ответственность. Поэтому ты едешь тоже.
Приглашаю в свою новинку "Гори она огнем, эта свадьба!".
Аннотация:
Белоснежный свадебный лимузин неторопливо движется по подъездной дороге к зданию ЗАГСа. Я не смотрю в окно. На Родю не смотрю тем более.
Но вдруг слышу вой сирен и всё-таки отрываюсь от разглядывания подола своего свадебного платья и выглядывающего из-под него чёрного чулка.
Как раз в этот миг лимузин останавливается, дверца с моей стороны распахивается.
И... Влас, мой любимый, подаёт мне руку.
— Кина не будет! — говорит нам с Родионом, — ЗАГС сгорел.
А ЗАГС и правда горит...
— Ты кто такой? — надменно спрашивает мой жених.
— Твоя смерть... - отвечает Влас и хватает его за шкирку.
Отцу Владиславы выгодно выдать её замуж за сына человека, с которым он ведет дела. Но девушка влюбилась. И её любимый против этой свадьбы!
Лия
Мне уже все равно, что будет дальше со мной, лишь бы мне вернули Богдана.
Но я все равно не понимаю, с чего Захара Кабирина так на мне заклинило.
— И что ты не успокоишься никак? Зачем я тебе? Ты же можешь любую, наверное, себе позволить... - шепчу тихо.
— Лий... Мне не нужна любая, мне нужна ты... - тоже тихо отвечает мужчина. И смотрит при этом так — словно клеймо на душе выжигает.
Мотаю головой, стряхивая это наваждение. Сейчас я готова признать очевидное — я на него реагирую. Только что с этим делать, мне непонятно. Да и не до этого сейчас мне.
— На сегодня я, похоже, наработался. Все, поехали, — говорит мне Захар и встает с дивана.
Я чувствую себя настолько беспомощной, что не спорю с ним. Мне просто очень хочется снова увидеть брата, просто обнять его. Мне хочется, чтобы мы с ним оба оказались в безопасности.
Но я продолжаю сидеть на диване в какой-то прострации, не в силах пошевелиться.
— Лия! Пойдем! — более настойчиво повторяет Захар и подает мне руку, побуждая начать действовать.
Я несколько секунд смотрю на протянутую руку, потом вкладываю в нее свою ладонь, опираюсь на руку Кабирина и встаю.
Захар неожиданно легонько касается моей щеки губами:
— Всё будет хорошо, — снова заверяет он.
Я как робот, чисто механически киваю на это. Мне кажется, что моя жизнь никогда не доберется до отметки "хорошо".