Не в моих правилах отказывать детям. Примерно так я убедила свою совесть немного подремать и кивнула. Девчонки радостно запустили пальцы в белый пушок, Амилота подергался немного и обмяк, позволяя гладить себя и называть дурацкими прозвищами.
– А как его зовут? Это мальчик или девочка? А почему он такой сырой? Он купался?
– Мальчик, – ответила я на самый простой из вопросов и выдала, не задумываясь: – Его зовут Вонючка.
– Во… Вонючка?
– Ага. По паспорту у него вообще не выговоришь, поэтому мы немного сократили. Да, Вонючка?
Шпиц одарил меня тяжелым взглядом, обещающим бесконечные адские страдания. Может быть, потом, но сейчас я мечтала отыграться.
Одна из девочек предложила подвязать ему челку, чтобы не падала на глаза, и подружки азартно принялись наводить красоту на бедняге. Результатом стал очаровательный хвостик с красной резинкой для волос между ушей. Я забрала своего «питомца» обратно и вернулась в тень.
– Ты нарываешься, – мрачно протянул Амилота. Я пожала плечами.
– Кто хозяин, тот и заказывает музыку. Лучше скажи, как так вышло, что мы с ребятами разделились?
– Не надо было размыкать круг. Хорошо, если их души по эфиру не распылило.
– А так могло быть? – насторожилась я.
– Запросто. Трансгрессия это вам не на одной ножке скакать.
Я фыркнула и отвернулась. Несмотря на неприятную компанию, я хотя бы могла надеяться, что куратор знает, как вернуться в академию, а вот как там парни и Кирра? Наверняка Рэнди в панике, а Морис его троллит.
– Надо вернуться в академию и попросить помощи. Ребят надо найти.
– Ничего глупее придумать не смогла? – песик смешно фыркнул. – За такое нарушение правил пользования артефактом и самовольное поведение вас в оранжерее до конца семестра запрут.
– Так и скажи, что ректора боишься.
Амилота промолчал, не отрицая очевидное. Что для нас, простых студентов, что для грозного куратора из рода Красного Койота, Миллхаус Дрей был ночным кошмаром.
– Ладно, – оттаял Амилота, – просто поищем их сами. Главное, помни, на вас наложена иллюзия, скрывающая особенности изменившейся внешности. Но если будешь слишком сильно нервничать или испытывать какие-то другие сильные эмоции, иллюзия может дать трещину. На рассвете трансгрессионный шар в любом случае вернет нас обратно, вместе или по отдельности. Но в последнем случае проблемы вам обеспечены.
– Нам, – поправила я мстительно. – Нам проблемы обеспечены, куратор Амилота.
– Будь проклята эта работа, – еле слышно пробормотал он и уже более осторожно высунул нос на освещенную улицу и махнул мне хвостиком. Был вечер, но летом как раз именно в это время из домов вываливалось рекордное количество измотанных жарой горожан. С меня уже не так текло, но вид все равно был непотребный. Шпиц разумно пристроился возле моей ноги, не обгоняя и не отставая. Мы вроде бы не привлекали слишком много внимания, как тут откуда-то из кустов выпрыгнули два молодчика в форме и в черных масках-намордниках. Вообще как-то многовато людей в масках, у нас что, газ какой-то распыляли?
– Почему без маски? – строго спросил один.
– А я не болею, – ляпнула я первое, что на ум пришло.
– Сейчас все болеют, гражданочка. Вы что, из ковид-диссидентов?
– Ковид… что? – не поняла я.
– А почему собака без поводка? – спросил второй. – Предъявите, пожалуйста, ваши документы.
Я отошла от самой людной части города и не ждала такого подвоха.
– Ой, а я сумочку забыла, – манерно протянула я, пятясь.
– А что это мы такие мокрые? – с нарастающим подозрением спросил первый. – Уж не в фонтане ли охлаждались?
– Ну что вы, какой фон… – начала я и услышала, как проходящая мимо парочка увлеченно обсуждала девушку с собачкой, вынырнувшую из фонтана на площади. Мы с полицейскими проводили их взглядами.
– Документики, гражданочка, – напомнили мне.
– Усы, лапы и хвост – вот мои документы, – выпалила я, одновременно с этим Амилота вцепился в штанину ближайшего полицейского, тот совсем по-женски взвизгнул, тряхнул ногой, и шпиц отлетел на меня.
– Он меня укусил! Укусил, твою мать!
Я подхватила Амилоту на руки и со всех ног помчалась прочь. Сейчас они товарищей подключат, и меня как раз до рассвета продержат в обезьяннике за нападение на представителей закона. Не такой жизни после смерти я хотела!
На бегу я не успевала вертеть головой и чуть не врезалась в припаркованное такси, в которое как раз собирался садиться какой-то парень.
– Извини, – я отпихнула его, втиснулась в салон и хлопнула дверью. – Шеф, трогай!
– У меня вообще-то заказ… – начал водитель, оборачиваясь и видя что-то такое, что мигом отбило у него желание со мной спорить. – Понял.
В зеркале заднего вида отразился мой желтоглазый взгляд и парочка выбившихся из-под иллюзии змеек. Бедняга-таксист. Будет теперь думать, что с ума сошел или того хуже – с этого дня пить бросит.
– Куда везти?
Мы с псиной были на взводе, я на автомате назвала свой домашний адрес, и мы поехали, немного вихляя – руки-то у водилы тряслись. Где-то завыла сирена ДПС, явно по мою душу.
