Но сначала нужно закончить с заданием, будь оно неладно. Мое внутреннее «я» откровенно издевалось, подсказывая, насколько ректор будет впечатлен увиденным, при условии, конечно, что действительно это увидит. Хотя, лучше нет. В принципе, эти мохнатокопытные сами виноваты, нечего было вредничать, а то, что мы слегка разрушили парочку фамильных склепов, так это просто возмущения попались слишком возмущенные. Про сломанную метелку я малодушно забыла. Может, нам удастся попасть в академию, минуя уборщика и ректора?
Очень хотелось есть, спать и смыть с себя кладбищенскую пыль.
– И как будем отчитываться? И второй вопрос – что делать с нашими мумиями?
– Я тут не при чем, – фыркнула паучиха. – Нас тут не было, правда, братик?
Франган поморщился, подобрал свой покалеченный костяной кнут и не упустил возможности пнуть спеленатого оборотня.
– Теоретически да, – не слишком уверенно протянул он, – впрочем, любой преподаватель сразу определит, чья эта куча паутины. Так что советую пойти и рассказать все как было, глядишь, за спасение своих реликтов наш лорд Кактус даже улыбнется.
– Лорд Кактус? – мы с ребятами непонимающе переглянулись, пока Мия не покраснела и не врезала братику по его многострадальной головушке.
– Не смей его так называть!
Оу, ну это просто прелесть. За один вечер я приобрела сразу два инструмента давления на милашку Амилоту. Подумать только! Лорд Кактус! Ему эта кличка отлично подходила.
– Ладно, оставим их всех тут, – Морис недоброжелательно ухмыльнулся. – Как думаете, нам повезет и их кто-нибудь сожрет до прихода проверяющего?
– Я бы на это не надеялся, – пробурчал гуль, глубоко оскорбленный тем, что ему не досталось щупальца кракена. По крайней мере, мне так показалось.
– Ну и решили, пошли! – Я подобрала остатки метелки, потом попробую склеить, вдруг прокатит.
Мия решила оставить последнее слово за собой.
– И больше мне не попадайся, – холодно бросила она, на что я мило улыбнулась:
– И тебе пока, подружка.
Как всегда, правило «Улыбайся, это всех раздражает» сработало безотказно, паучиха едва не затряслась от злости, но массивная фигура, приближающаяся предположительно от ворот кладбища, заставила нас испуганно присесть.
Это был Миллхаус Дрей, и он был чертовски зол.
Пока мы разбирались с энергетическими сгустками и бегали от обозленных животных, сигналка в Академии разрывалась, дико раздражая дракона. Амилота после парочки заклятий был не в состоянии даже стоять, не то что проверять. Поэтому пришлось уважаемому ректору отрывать свой золотой зад от мягкого стула и лететь на кладбище, разбираться с нарушителями.
– И что я тут увидел? – дракон выпустил пар, и нас накрыло облаком черного дыма.
– Отлично скоординированную работу по очистке полигона? – я решила прикинуться дурочкой. Кажется, не прокатило.
– Кудряшова! – Дрей так рыкнул, что мои змеи сползли куда-то в район лопаток и там притаились. – Два разрушенных семейных захоронения! Куча полузадушенных студентов, гора хлама на месте алтарного захоронения, и откуда, темная материя вас забери, вы вытащили скелет, пропавший из лаборатории двадцать лет назад?
– Магия, – невозмутимо пожал плечами Морис. – А вы не хотите принять заявление о том, что часть меня похитили и пытались сожрать в особо жестокой манере?
– НЕТ! – пророкотало над кладбищем так, что у меня заложило уши. – Вы меня довели!
В кракена полетел комок пепла, в мгновение ока превративший его в жертву извержения вулкана.
Дуллахан и паучиха, пользуясь моментом, мгновенно слиняли во тьму, и, что примечательно, их никто не остановил. Обидно! Нет, это буквально оскорбительно!
– Мы – вас? – Во мне проснулась та противоречивая часть характера, которая отвечала за упрямство и явно суицидальные наклонности. – Да это вы нас довели! Ни в жизнь не поверю, что уборщику самому хватило ума потащить нас сюда именно в таком составе. И что это за методы такие, посылать первокурсников в самое пекло? Нас чуть не покалечили! Я все ноги сбила, бегая между надгробиями!
– Надо было прыгать, как я, – не ко времени вставил Рэнди и отлетел в сторону, сбитый с ног ректорским хвостом.
– Так вот кто разрушил мой любимый надгробный камень? – Миллхаус подтащил гуля к своей морде и медленно выдохнул ему в лицо едкий дым. – Все! В карцер! На месяц!
Воронки телепорта расцвели алыми всполохами, нас закинуло каждого по отдельности, щедро присыпав землей и листьями напоследок. Я «мама» не успела сказать, как мир померк перед глазами, а через мгновение я уже летела вниз с высоты потолка.
– Ах ты ж!.. – охнула я, не рискуя пошевелиться. Приземление было жестким, я рухнула на колени и локти, сбив кожу в кровь. Но самое обидное и страшное, что я была одна! Чертов ректор посадил нас по камерам-одиночкам!
Я обшарила руками пространство вокруг себя: камень, камень, камень. Неужели Миллхаус настолько разозлился, что решил вспомнить Средневековье и засунуть меня в каменный мешок? Одно радовало, стоять я могла, причем над головой еще оставалось порядочно места, чтобы истерично попрыгать, приди мне вдруг в голову подобная идиотская мысль.
