Жить мирно и по-закону никогда не входило в планы Томаса Шульмана. В ночном заведении, где много выпивки и фальши "высшего света" обязательно найдется укромное местечко для личных кровавых расправ. Имея обязательство скрывать свои деяния, Томас один раз в неделю превращается в учителя литературы в колледже и вместе со студентками читает лучшие произведения. Однако, Лилиан Янг, заядлая прогульщица и взвалившая по-неволе на свои плечи большой груз ответственности врывается в жизнь Томаса и его мир, разваливая на куски. Она отрицает существование любви и Томас заканчивает каждое занятие спором, доказывая обратное через литературные произведения.С каждым днем симпатия и интерес Томаса растут, и когда они достигают своего пика, мужчина предлагает Лили сделку, желая доказать существование любви на их примере.Лилиан не могла знать о настоящей жизни Шульмана, соглашаясь на его предложение, не предполагая что перед ней стоит гангстер,держащий за пазухой пистолет. Содержит нецензурную брань.
Первая гроза разразилась после душного и знойного дня, позволяя Лондону остыть. Холодный ливень разогнал спешащих на смену прохожих с улиц, сбивая остатки пыли с горячей брусчатки. Вода бежала большими ручьями, которые шумели и игрались, стекая к глубокой канаве. Яркие и внезапные вспышки озаряли город, отдаваясь громкими раскатами грома, от которых дребезжали старые и деревянные окна небольшого укромного заведения по Стамфорд-Хилл. Темное, мрачное и сырое помещение было пропитано плесенью и запахом свежей крови – склад ночного заведения, который используется весьма редко, плохо освещается и проветривается. Старый и потертый стул на железных ножках сиротливо валялся рядом с рапсластавшимся человеческим телом. Кровь была всюду. На стенах,задернутых шторках, руках мистера Томаса Шульмана и даже на лице, которое было жутким, глаза чёрными и разъяренными, губы тонкими и белыми. Мужчина, предварительно аккуратно и неторопливо закатал рукава белоснежной рубашки по самые локти, старательно отмываярт ладони под проточной водой. Отдохнув несколько секунд и переведя дыхание, Томас осмотрелся и к своему удивлению отметил,что удачно вскрыл голову бывшему деловому партнеру. Поджав губы и обтерев руки об поданое помощником полотенце, мистер Шульман глянул на циферблат панцирных часов и негромко хмыкнул.
–Так, Исаак, прибери здесь, а мне пора к юным и наивным.
На потрепанном кресле в гостиной сидела юная, девятнадцатилетняя девушка, пытаясь сосредоточиться к простоящему экзамену по латыни, бегая карими глазами по печатному шрифту. Визги младших братьев жутко раздражали, но уходить к себе в комнату она не хотела. Бордовый джемпер с торчащей белой блузой и такого же цвета юбка ниже колен говорили о том, что девушка собралась на занятия в колледж, дожидаясь позднего автобуса. Густые волосы до плеч были немного взъерошены и спутаны у корней.
– Лили, смотри, как я могу! – воскликнул Джозеф -один из трех братьев,одетый в светлую пижаму, выполняя сальто на пружинистом диване, роняя детское тело на кучу из подушек. Скомканные простани сползли на пол, а одеяла превратились в большую гору.
– Помни, если ты свернешь себе шею, то у родителей есть ещё пятеро детей, помимо тебя… – процедила девушка, закинув ноги на боковину, утыкаясь в потрепанный жизнью учебник.
Тонкие губы были поджаты, а нос сморщился от напряженных запоминательных процессов в голове. Тройняшки наводили шорох в гостиной до тех пор, пока не раздался звонкий телефонный звонок, вынуждая всех четверых вздрогнуть.
– Всем заткнуться! – прошипела Лили, подскакивая к телефону в коридоре, поднимая старую бежевого цвета трубку.
На проводе послышался голос подруги – Моники, которая с горечью в голосе сообщила о том, что преподаватель литературы и словесности мистер Томас Шульман не допустит Лили к экзамену, если она сегодня же не соизволит явиться на занятия.
– Чёрт! – её карие глаза забегали по висящему календарю на стене, переводя взор к медленно шедшим часам, помогающим ей обдумывать дальнейшие действия. Семь ровно. Саммер взбешенно швырнула трубку и закинув в сумку книгу и предметную тетрадь, окинула братьев взглядом. —Мне пора! Присматривайте друг за другом!
