И, не ответив ничего, Влад просто вышел из сети.
- Ребят, можно будет куда-нибудь съездить на днях. – Староста Настя Галкина весело хлопала ресницами и ожидала ответной реакции класса.
- На фига? Мы же не выпускаемся. - Витька, рядом сидящий, предпочитает отдыхать только у Нелидова на хате.
- Поддерживаю, дружище. Я понял твой намёк. – Паша Нелидов незаметно подмигнул Вите, тем самым заранее приглашая друга на веселье. Эти двое всегда умели общаться глазами. Хотя, что тут уметь, когда любая нормальная тема вечно сводится к одному - бухать.
- Просто у меня появилось несколько приглашений на базу отдыха «Богородск», - класс в момент зашумел и заухал, - моему отцу передали, а он отдал мне, чтобы я могла отдохнуть с друзьями, - поспешила разъяснить Настя, - можем поехать, кто не возражает.
- А билеты шаровые? – Матвей Осипов с задней парты любил кутнуть за чужой счет.
- Билеты «шаровые», Осипов, - пренебрежительно съехидничала староста, - но на базе башляй* за себя сам.
- Ясно. – Протянул Матвей.
А я всё тереблю ручку в руках и постукиваю ею по конспекту, будто от этого я перестану нервничать. Сегодня матч, а это значит, что если мы не выиграем, нам крышка. Я целый месяц, день за днем, изводил свой организм специальной программой тренировок, чтобы позорно не облажаться. И если это все же произойдет, то все мои отжимания/приседания/ускорения/подтягивания пойдут псу под хвост. Я вообще капец как боюсь. Я же выдохнусь на пятой минуте после начала.
- Твою с котятами, ТОР!
Я очнулся от Витиного крика и понял, что на меня уставился весь класс, будто ожидая какого-то ответа.
Я осторожно потянулся к Вите и на ухо задал ему вопрос:
- О чём вообще речь?
- Мать моя женщина, отец мой мужчина. Ты хоть иногда можешь оторвать свою зазубренную задницу от этой писанины, - друг демонстративно отобрал мой конспект с ручкой и всунул их в свою сумку, - отдам после матча. Уроки уже давно закончились для футболистов, идем на поле.
- Твою налево. – Вот и началось.
- Смотреть, как ботаник боится - это незабываемое наслаждение. – Витёк не удержался, чтобы не подколоть, как обычно.
- Друг, сделай так, чтобы я тебя долго искал!
***
Хуже провала может быть только неспособность его преодолеть. Я боюсь, что у меня не получится справиться с моим волнением, и я подведу всех: и надежды тренера, и веру команды, и собственные усилия. Уже минут двадцать я сижу на трибуне под «A Fine Frenzy – Near to you» в наушниках и пытаюсь успокоить сам себя. Ребята во всю силу разминались на поле, а я решил, что не буду топтать его преждевременно и просто посижу, подумаю. Месяц усердных занятий выбил меня из колеи. Если раньше я жаловался, что херово сплю, то теперь к списку личных проблем прибавилась еще одна: вечная крепатура**. Мышц я совершенно не чувствовал, они словно налились свинцом.
- Эй, Колесников, что, двойку получил? Ты чё такой кислый?
Обожаю Григория Ивановича, хороший мужик и отличный тренер. Только без его чувства юмора жить было бы легче. Стадион хором заржал, заметив мой угнетенный вид, а я еще больше надулся и сжался. Вот умеют же поддержать человека.
- Еще немного посижу, мне очень нужно. – Ору с трибуны во все горло, так как тренер у нас слегка глуховат.
- Через пять минут чтобы твоя жопа снизошла с верхов на землю, Колесников. Либо я поднимусь за ней сам.
- Вот блять… - Это я сказал очень тихо, себе под нос.
- ...нужно дома оставлять.
Что? Резко оборачиваюсь, а за моей спиной стоит Влад, собственной персоной. Моргаю пару раз, нет, не показалось.
- Так говорят: блять – нужно дома оставлять. – И садится около меня.
- Я вас не заметил, простите.
- Что слушаешь?
- Да так, расслабляюсь.
- Можно?
Он медленно вынимает из моего уха один наушник и засовывает в свое. Как раз на припеве. Вижу, как уголок его губ приподнялся, а глаза еле заметно прикрылись.
- Хороший вкус.
- Я у вас её нашел.
- Правда?
- Да, в аудиозаписях, почти последний трек.
И просто молча сидим. Мне кажется, это уютно. Он ничего не спрашивает, он и так понимает, что говорить мне сейчас абсолютно не хочется. Но все же я самый неспокойный человек на земле и не выдерживаю, нарушаю уют.
- Зачем?
- Что «зачем»?
- Зачем вы здесь?
Голос дрожит, мне сложно произнести такой элементарный вопрос, а он еще глаза поднял и смотрит в упор.
- Ты весь дрожишь.
- Это не ответ.
Как он это заметил? Разворачиваюсь всем телом к нему и внимательно смотрю прямо в глаза, так же, как и он в мои.
- Мне не нужна ваша поддержка, понимаете? И не нужно считать меня ребенком. И вообще, всё то, что я делаю в свободное от учебы время, учителей не должно касаться.
- Что ты этим хочешь сказать?
