Я показал Нине свою маленькую кухоньку, где что лежит, снял с печки небольшую корзинку с яйцами, которые утром оказались на моем уличном столе. Выставил соль и перец, уточнил, не нужна ли девушке помощь, и вернулся к Ивану, получив отрицательный ответ.
— Ну что, Иван, будем знакомы? — посмотрел на парня. — Ты чего, жениться хочешь?
— Будем, — Коленков резко нахмурился от моего вопроса. — А ты чего? Сам думаешь?
— Ни в коем случае, — покачал я головой. — Нина Валентиновна моя коллега, не более того. Никаких матримониальных планов на нее не имею.
— Чего? — вытаращился на меня парень. — Каких таких планов? Я тебе Нинку обижать не позволю, не посмотрю, что ты учитель…
— Спокойно! Не собираюсь я уводить у тебя Нину. Да и вообще, в мои планы женитьба в ближайшее время не входит. У меня вон видишь, собака есть, — я махнул в сторону забора, который отделял задний двор от места, где стояла беседка.
— И что? — не понял Иван.
— Ну, мне пока хватает ответственности. Ты погоди, пойду другана выпущу, а то извелся бедный.
— Молчаливый он у тебя.
— Так воспитание наше все, — пожал я плечами и отправился выпускать Штырьку.
Пёсель счастливо повизгивая и мотыляя хвостом, едва не сшиб меня с ног, и весело помчался знакомиться с Коленковым. Получив строгое «свои», обнюхал, пару раз тявкнул для острастки и помчался по двору по своим собачьим делам.
Собакену я за вечер соорудил что-то вроде вольера из старых досок, ржавой сетки-рабицы и останков шкафа, который обнаружил у себя в сарае. На первое время сойдет, а в зиму в дом возьму. В будку и на цепь сажать Штырьку не хотелось. Но и опускать на весь день на свободный выгул тоже опасался. Мало ли что, в чужой двор забежит или в огород, еще хуже, если кур начнет гонять соседских. Так и до беды недалеко. А так сидит себе в вольере, а вечером я его выпускаю побегать под присмотром своим. На ночь в дом запускаю.
— Ты к нам надолго? — поинтересовался Иван, когда я вернулся за стол.
— Так по распределению, — пожал плечами.
— А после?
— А после не загадываю. Может у вас останусь, может домой вернусь.
— Сам откуда.
— Из Москвы.
— Из столицы, значит, Родины нашей, — голос у Коленкова едва заметно изменился, плечи поникли.
— Да не переживай ты, Ваня, нравишься ты Нине, вот что угодно про залог поставлю. Нравишься, от того и язвит и воспитывает.
— Врешь, — выдохнул Коленков.
— Не имею такой привычки, — тут уже голос у меня поменялся. Терпеть не могу, когда меня обвиняют во вранье на пустом месте, всегда говорю, что думаю.
— Извини, не хотел, — буркнул Иван.
— Принято, — кивнул я. — Верно тебе говорю, тут главное понять, чего Нине Валентиновне от тебя надо. Я у вас человек новый, ни тебя, ни Нину не знаю. Ты подумай, Иван, чем не угодил девушке. Ну и попробуй исправить ситуацию в свою пользу.
Коленков задумчиво на меня уставился, свел брови на переносице, размышляя над моими словами.
— Хулиган я… раздолбай… — вздохнул через минуту. — Вот Нинка и опасается… Характер у меня шальной… чуть что в драку… а Нина она такая… — Ваня нарисовал в воздухе ладонями неопределённый образ. — Ну, ты понимаешь.
— Понимаю, — улыбнулся я. — Нина Валентиновна — она умная, талантливая, активная девушка. И с характером. Ты бы у нее поинтересовался, может, ей помочь чего надо по школе. Там помог, тут сдержался, глядишь, она на тебя по-другому посмотрит, помощь оценит.
— Да чего там помогать в школе-то? Ну пионерскую и так вместе побелили. А еще чего?
— Ты вот что, Иван Фёдорович… — я ненадолго задумался. — Мы тут с комсоргом сценарий сочиняем на первое сентября. От помощи не откажемся.
— Да ты чего! Какой сценарий? — отмахнулся Иван, тяжело вздохнув. — У меня по литературе тройбан с натяжкой. А ты говоришь — сценарий. Я их в глаза этих сценариев не видал!
— Да я ж не говорю тебе его написать, чудак человек, — остановил я Коленкова. — Мы сценарий напишем, обговорим с начальством. Но реквизита в школе по любому нет.
— Чего нет?
— Ну, всякого разного оборудования. Мы хотим что-то вроде спектакля для всей школы придумать на день знаний. Вот как определимся с целями и задачами, насочиняем, так твоя помощь и понадобится. Будешь у нас Карабасом Барабасом или там Бармалеем.
— Чего? — Коленков обалдело на меня уставился.
— Того! — уверенно заявил я. — Девушки любят, когда парни им во всем помогают. А тут такое важное дело, а ты возьми да сам вызовись на помощь.
— Да какой я бармалей! Я тебе лучше полку сострогаю, давай, Егор? А? Может, Нина оценит?
— Полку — это хорошо. Но лучше ты нам вот что сострогай… — я на секунду задумался, но тут от дома раздался звонкий голос Ниночки.
— Ребята, ужин готов! Помогите мне тарелки и вилки вынести, и хлеба нарезать.
Мы одновременно подорвали
сь со своих мест и зашагали в сторону крыльца.
