Встряхнувшись, отжал дверь, протискиваясь в полутемную аудиторию. Высокие окна – похожие на дверь, как две капли воды, между прочим! – были задернуты тяжелыми шторами, так что внутри царил полумрак. Лишь кое-где пробивались лучики света. Пахло ароматом каких-то трав. Принюхавшись, узнал белладонну и чубушник. Странное сочетание. Обычно берут ладан и мирру. Но начальству виднее. Чтобы разглядеть сидевших прямо на полу студентов, пришлось задействовать некромантское ночное зрение.
Студенты действительно сидели на полу, расположившись двумя концентрическими кругами, откинувшись на пятки и опустив головы на грудь. Некоторые еще и покачивались туда-сюда. Сама мэтресса Кит стояла в центре, балансируя на массивной жаровне, из которой и тянулись струйки дыма. Она пела, запрокинув голову и слегка помахивая руками. Нудная мелодия без слов тянулась и тянулась, странным образом сливаясь с дымом.
- Му-амм-а, мо… Мом-амма-муа-уо. Амма-уамма-муа-ама… мао-моао-аум-ума…
На какой-то миг я поймал себя на том, что тоже раскачиваюсь из стороны в сторону и, чтобы нарушить чары, вытащил кинжал и кольнул себя в ладонь. Не сильно, просто чтобы ощутить боль. Конечно, можно и кровь отворить и контрзаклинание кинуть для закрепления, но мне хватило. У многих некромантов есть что-то вроде иммунитета против такого рода чар, поскольку кое-кто из нечисти и нежити как раз приворот и использует. Вампиры, например, чаруют свои жертвы так, что те сами идут к ним на обед. Полудницы и ундины опять же. Лесовики. Все они владеют природной магией, подавляющей волю, и надо уметь ей противостоять. И не только противостоять, но и самому уметь командовать.
- Кхм-кхм… прекрасная погода, не правда ли? Лягушки сегодня на редкость хорошо выглядят. Должно быть, к пирогам с вишней!
Еще один способ развеять чары – это брякнуть что-нибудь невпопад. Да еще и попытаться навязать дискуссию, задавая вопросы.
- Кстати, как пройти на полвторого? Понимаете, мои подковы разболтались, надо бы заново покрасить. Тут поблизости лавки старьевщика не видели?
Мэтресса Кит сбилась с речитатива и, покачнувшись, с трудом восстановила равновесие.
- А… вы кто?
- Не видно? – я слегка растерялся. Понимаю, что прорицатели не пользуются своим даром в быту – самое большее, могут предсказать погоду на завтра. Но чтобы в двух шагах не узнать человека? – Вообще-то, это я.
Она спрыгнула на пол, взмахом руки развеяла дым и властно оглянулась по сторонам, проверяя, как ведут себя студенты.
- Что вам угодно?
- Я по делу. Нужна ваша помощь.
Женщина испустила глубокий вздох.
- Держим напряжение. Ловим нити. Кто поймал – удерживаем до моего возвращения, - приказала она, после чего протиснулась между сидящими и поманила меня за собой.
Мы вошли в тесную комнатку, заставленную старой мебелью так тесно и бессистемно, словно сюда, как в кладовую, таскали все, что не пригодилось в других аудиториях. Или наоборот, пригодится позже. На всех горизонтальных поверхностях лежал либо толстый слой пыли, либо какие-то папки, свитки, книги и свертки, порой громоздясь чуть ли не до потолка. Единственное окно было без шторы, но стекло не протирали, видимо, с тех пор, как его вставили. Мэтресса Кит присела на низкий подоконник, небрежно смахнув на пол стопку каких-то брошюр.
- Я знала, что мне сегодня не дадут нормально вести занятия, - со вздохом сообщила она. – Что у вас за дело?
- Вот, - я протянул ей листок, на котором было начертано два слова «Учебный план». Мэтресса Кит аж вздрогнула:
- Как и вы тоже?
- Что значит «тоже»?
- Да вы все ко мне приходите в начале учебного года с одним и тем же вопросом – когда что планировать! Молодые преподаватели совсем думать разучились!
- А я не просто молодой, я еще и неопытный преподаватель. И вообще никакой я не преподаватель. Я тут… временно исполняющий обязанности. И мне надо знать, когда и чьи конкретно обязанности мне придется исполнять. И как долго. Это вы можете предсказать?
Прорицательница посмотрела на листок, потом на меня, потом снова на листок. Я ждал.
- Попробую. Только подождите окончания занятия, - она прислушалась к тишине за стеной. – Это недолго.
После чего выскользнула из комнатки так ловко, словно у нее не было костей. Из-за тонкой стенки почти сразу послышался ее негромкий голос. Она начитывала какое-то заклинание. Слов было не разобрать.
Ждать пришлось недолго. Минут через десять сеанс завершился, мэтресса приступила к опросу. Потом послышались шаги, голоса, легкий шум – занятие завершилось, и будущие прорицатели направились к выходу.
- Идите сюда, коллега!
В аудитории дым стоял коромыслом. На полу тут и там остались следы начертанных мелками и жжеными костями знаков, частично затертые ногами, валялись перья и сухие листики. Жаровня стояла на прежнем месте, и прорицательница сыпала на угли какую-то растительную труху из мешочка на поясе.
- Вам точный прогноз или приблизительный? – деловым тоном осведомилась она, наклоняясь и подбирая валявшееся поблизости перо.
