— Какая разница? Лампочка, она и есть лампочка, — мудро заметил голос из темноты. — Насколько ватт рассчитана, так и будет светить.
— Дурак!
— Не согласен.
— Не согласен, значит, баран упертый. Ты не знаешь, а я знаю, лампочка в комнате наматывает больше, чем на кухне, потому что площадь комнаты больше.
Ответа не последовало.
Темнота давит на человека, поэтому ученики разговаривали в полголоса. Готов на ощупь вышел в коридор, тихонько открыл дверь соседнего кабинета и на цыпочках вошел.
В классе ученики, в основном девушки, просили рассказать Кольцову о себе. Молодая аспирантка еще не привыкла ощущать себя взрослой среди школьников и, смеясь, отвечала на вопросы. В кромешной тьме присутствия Готова никто не заметил. Учитель сел на корточки, дабы свет фар проезжающих машин не обнаружил его.
— Ольга Семеновна, Вы замужем? — спросили ученицы.
— Нет пока, — веселым голосом ответила Кольцова.
— Собираетесь?
— Может быть, летом.
— А кто жених?
— Какие вы любопытные. Все вам расскажи.
— Расскажите! Интересно же! — загалдели девчонки.
— Не скажу. Секрет, — смеялась Кольцова.
Готов гуськом пробрался поближе к аспирантке. Он жадно вдыхал ноздрями ее запах. Упивался затейливой мелодией скрипа стула, на котором она сидела.
— Вы собираетесь диссертацию писать? — спросили ученики.
— Нет, наверно. Пока, по крайне мере…
— Почему?
— Сейчас это очень дорого стоит. За свой счет придется приглашать профессоров. В других членов комиссии деньги вкладывать. Много нюансов. Сейчас бесплатно ничего не делается. Даже диссертация не защищается. И потом, я еще не решила, нужно мне это или нет…
— А сколько денег надо для этого?
— Не знаю… Думаю, тысяч сто.
— Долларов?
— Нет, рублей. Но все равно, мне сейчас не потянуть… А-а-а-а!!! А-а-а-а!!! Ой-ой-ой!!! Что вы… А-а-а-а!!!
Готов мял грудь Кольцовой, сильно кусая губу, чтобы не расхохотаться и, соответственно, не быть узнанным. Аспирантка вскочила и с воплями стала отбиваться от нападавшего. Готов «пулей» выбежал из кабинета Кольцовой и неслышно вошел в свой.
— Слышите? Кольцова разоралась, — сказал ученикам Готов. — Опять эпилептический припадок.
После зимних каникул Готов встретился со своим пятым «Д» на уроке истории:
— Здравствуйте, дорогие мои. Как-никак две недели не виделись. Отдохнувшие… Выросли-то как. Ни фига, Иванова, тебя разбабахало. Рассказывайте, как каникулы провели.
Дети наперебой стали делиться впечатлениями:
— Я ездил к бабушке в деревню.
— Мы с папой на лыжах ходили кататься.
— А мы сейчас ремонт делаем.
— Мы с мамой в церкви на рождество были.
— Тщ-щ-щ, — поднес палец к губам учитель. — Зачем все сразу. Я прекрасно понял, что каникулы вы провели бездарно. Например, я в каникулы ел эскимо на полупалочке, достиг просветления, левитировал и купался в проруби.
Из коридора в класс кто-то забросил серую кошку. Она заметалась и испуганно прижалась к двери. Дети сорвались с мест и побежали смотреть на животное.
— А ну, назад! По местам! — остановил учитель.
Готов взял кошку на руки и погладил.
— Кошки, — сказал учитель, — делятся на матерых и шелудивых, а собаки на бобиков и бобиков.
— А это какая? — спросили ученики.
— Этот кошак шелудивый, — Готов положил кошку на стол и слегка потискал. — Кстати, кошки — единственные млекопитающие, относящиеся к пресмыкающимся.
— Можно нам погладить? — дружно попросил класс.
— Можно. Идите сюда.
Ученики собрались вокруг стола и по очереди гладили бедную зверушку.
— Все погладили? — Готов взял кошку на руки и понес к двери. — Отпустим кошака.
— Я еще не погладил, — опомнился Пастухов.
— В большой семье, Андрей… я надеюсь, ты не хуже меня знаешь о законе большой семьи, — сухо сказал Готов, закрывая дверь на ключ. — Развлеклись, пора и поучиться.
— Десяток яиц, пожалуйста, — подмигнул продавщице Готов.
— Пожалуйста, — продавщица положила перед ним пакет с белыми проштампованными яйцами.
Готов расплатился и пояснил:
— Сегодня этот продукт для меня очень много значит.
Продавщица многозначительно кивнула.
Начитавшись бульварных книжек по йоге и медитации, Готов нередко предавался внутреннему созерцанию. Обычно вечером, придя с работы домой, он вставлял в музыкальный центр компакт-диск с релаксирующей музыкой, зажигал благовония, садился на корточки и, протяжно распевая грудным голосом «ОМ», медитировал. Процедура занимала не более 15 минут и сопровождалась частым чиханием (как считал Готов — следствие аллергии на благовония). Подзарядившись духовно, учитель шел на кухню заряжаться более материально. Там ждали «Доширак», сосиски, хлеб и пол-литровый пакет фруктового йогурта. Закончив трапезу, он обычно включал телевизор и засыпал под программу «Время».
Стемнело. Готов подвинул стул к окну на кухне. Достал из холодильника яйца. Выключил в квартире свет. Взобрался на стул и открыл форточку.
Под окнами по тротуару вдоль дома шла компания подвыпивших подростков, хором поющих «Ой, мороз, мороз». Готов один за другим бросил в них два яйца. Первое яйцо пролетело мимо, второе оставило на вязаной шапочке одного из подростков склизкое пятно.
