— Так, так, так… пять влево, пятьдесят три вправо, восемьдесят под углом сорок пять градусов… Дуров, Баранов копайте здесь! — приказал учитель. — Чикин, у рощи ставь палатку и разводи костер.
Двое девятиклассников с энтузиазмом принялись копать, бросая землю в разные в стороны. Готов подбодрил:
— Пацаны, заживем скоро! Денег немерено будет. Я сразу же себе квартиру в Москве покупаю и тачку. А в школе работать я больше никогда не буду.
Двух часов работы хватило для того, чтобы Баранов и Дуров скрылись под землей.
— На какой глубине? — крикнул из ямы Баранов.
— Такой, я думаю, достаточно, — оценивающе посмотрел вниз Готов. — Делайте типа траншейки по направлению к часовне. Если понадобится, мы здесь все перекопаем.
— Уф, устал, — вытер пот со лба Дуров.
— А как ты хотел? — щурясь на солнце, сказал Готов. — Да… вот так. Думаешь, все просто? Копайте, схожу за подмогой.
Чикин поставил палатку, сходил за водой и развел костер. Готов сел у огня и погрел руки.
— Вообще-то, костер не так надо было разжигать… — сказал учитель, — ну, да ладно, иди, отрок, помоги своим брательникам копать, а я вздремну, пожалуй.
Чикин взял лопату и ушел, а Готов «прошелся» по рюкзакам «подчиненных». Обнаружив, помимо большого количества провизии, две бутылки водки, он воскликнул:
— Ай да, умницы! Интуиция меня не подвела, вот что значит — разбираться в людях!
Учитель проснулся от громкого смеха не растерявших энтузиазм ребят. Он пулей вскочил из палатки.
— Ну что, нашли?! — закричал он. — Где?! Сколько?!
— Ничего пока не нашли, — улыбнулся Чикин. — После обеда продолжим.
На обед были печеная картошка, хлеб с колбасой, плавленый сыр, редиска и зеленый лук. Пили «фанту» из пластмассовых стаканчиков. Готов, не стесняясь, налегал на бутерброды и пучками пожирал зеленый лук, щедро пропитывая солью.
— Водочки бы щас… — мечтательно произнес учитель, — м-м-м… знаете, как после водочки работается классно…
— А… у нас есть, — несмело произнес Баранов и достал из рюкзака бутылку.
Выпили треть. Готов засуетился:
— Не расслабляться… за работу. Идемте посмотрим, на чем мы остановились.
Сделав множество экстрасенсорных жестов, Готов указал места предположительного захоронения клада и незаметно вернулся в палатку допивать бутылку.
Вечером Чикин сварил суп из тушенки, макарон, картошки и лука. Распили вторую бутылку. Спиртное ударило подросткам в голову, но не веселило: очень устали. А Готов еле «вязал лыко» и падал с бревнышка, на котором сидел. Баранов попытался увести его в палатку, но учитель, с трудом ворочая языком, пробубнил:
— Не трогай меня… я пока еще в состоянии сам…
И уполз в палатку.
В тесноте, как говорится, да не в обиде, но когда Рудольф Вениаминович распластался на полпалатки, Баранову, Дурову и Чикину такая теснота показалась очень даже обидной.
Пьяный учитель поставил доставившим неудобство ребятам условие:
— Не сопеть, не храпеть, не пердеть.
И добавил:
— Будьте внимательны, в этих местах водятся змеи, которые питаются человеческими тестисами. Заберутся, бывало, в штанину и хрум-хрум, хрум-хрум.
— Что такое тестисы? — испуганно прошептал Дуров.
— Тестисы? — учитель перевернулся на живот. — Да, яйца твои! Давайте спать, работать завтра.
Позавтракали тем, что осталось: сало, про которое забыли вчера, отсыревший за ночь хлеб, печеная картошка. Вскипятили чай.
Копали, уже не веселясь. Готов подходил то к одной вырытой яме, то к другой и в каждую непременно плевал.
Первым сдался Дуров:
— Нет здесь никакого клада!
Учитель рассердился:
— Клад есть, его не может не быть!!! Я же сказал, что чувствую энергетические вибрации!
Готов сел у края ямы, где копошились трое друзей.
— Шашлыков охота, — мечтательно произнес он и, увидев вдалеке стадо коров с пастухом, спрыгнул в яму. — Тсссс! Тихо вы, замрите, нам лишние свидетели не нужны.
К трем часам дня «чернорабочие» Готова взбунтовались:
— Надоело!
— Мы здесь все перерыли!
— Рудольф Вениаминович, пойдемте домой.
Готов взвизгнул:
— Копать! Я сказал — копать! Или хотите КТУ — 0,8?! Расплакались, девочки маленькие. А как мы в свое время пахали в стройотряде?!
Ребята вылезли, стали собирать вещи, а Готов бегал вокруг них, оскорбляя и унижая:
— Вы хотите до второго пришествия историю сдавать?!
— Рудольф Вениаминович, — просил войти в положение Чикин, — но мы все перекопали. Устали как собаки. Может, в следующий раз съездим?
Готов напрягся:
— Наглые же вы. Решили без меня клад искать?! Только знайте: я один могу чувствовать его. Без меня не найдете.
Баранов, Дуров и Чикин быстрым шагом шли через поле и время от времени передавали друг другу палатку. Готов плелся за ребятами, что-то бормоча себе под нос.
На автостраде остановили старенькую жигули с пенсионером за рулем.
Учитель сел на переднее сидение.
— Откудова такие грязные да с лопатами, клад копали? — лукаво спросил водитель.
Заволновавшись, Готов сыграл «рубаху парня»:
— Мы… да… да мы это… в деревне тут у бабки одной огород вскопали. Два дня возились. А потом оказалось, что она ведьма.
— Как так ведьма?
— Очень просто. Вон пацаны как чумные сидят. Загипнотизировала.
— А зачем помогали тогда?
