Картинка раздалась вглубь. Оказалось, что король стоит не просто в воздухе, а на эшафоте. И еще на этом эшафоте находились четверо. Палач, двое стражников и человек на коленях перед плахой. В следующий миг стражники подтянули человека к плахе и насильно пригнули его голову вниз. Отвратительно блеснул топор. Я поднесла руку к губам, забыв о заклинании, и тут же получила чувствительный нервный укол. И опять принялась за работу. Палач поднял голову осужденного за длинные черные волосы и показал всем на площади, а заодно нам. Это был не человек, а элвар. Лицо Тёрна смертельно побледнело, он пошатнулся и схватился за мое плечо. Я торопилась, лихорадочно доплетая последние детали заклинания, изобретая половину на ходу и переиначивая наши формулы.
— Брат! — с мукой вырвалось у Тёрна. — Нет!
— Так я поступлю и со всеми, кто посмеет сопротивляться мне. На заре к вам придут мои глашатаи. Все, кто не повинуется моим приказам, умрут.
Картинка задрожала и начала расплываться в воздухе.
— Есть! — вырвалось у меня. Картина исчезала, но в воздухе оставалось яркое синеватое пятно. И из него тянулось две нити. Одна из них размывалась в пространстве. Но вторая, четкая и ясная, уходила в глубь лагеря.
— Что это?! — мгновенно собрался Тёрн.
— Заклинание такого рода можно только сцепить с кем-то. Есть транслятор — должен быть и приемник, — объяснила я на ходу, кроссом мчась за нитью. — А значит, в нашем лагере есть предатель, и он оказался очень неосторожен.
Тёрн уже на бегу выдернул меч из ножен. За нами ринулись маги и элвары. Показанная картина произвела на всех такое гадкое впечатление, что хотелось как-то развеяться. А что может быть лучше, чем набить морду предателю? На мой взгляд — ничего. Мы мчались вслед за нитью, пока не увидели, что она заканчивалась на человеке в темном плаще. Сейчас он старался скинуть с себя эту пакость. Но нить не реагировала на его усилия. Еще бы. Я там такого наворотила, что сама год не разберусь. Делала-то по наитию, на светлую дурную голову, на божественное дурачество. Директор часто любил повторять нам: «Самое главное для мага — это истовость, одержимость и безудержное стремление к цели. Если они есть — тогда тебе по плечу любое чудо».
Сейчас я видела доказательство его слов своими глазами. Тонкую ниточку отвратительно синего цвета.
— Стой, подонок! — заорала я.
Человек оставил в покое нить и оглянулся. Я словно в стену влетела. Это была та самая учительница, которой мы насыпали полную комнату змей и раков. Верена Кираон. Неужели она?! Но как?! Почему?! Зато Тёрн моих сомнений не испытывал. Он приставил меч к ее глотке.
— Говори, мразь!
— Пошел ты! — прошипела женщина. — Грязная тварь!
— Ответ неправильный.
Тёрн чуть шевельнул мечом. Я скорее почувствовала, чем увидела, как ухо женщины отделилось от головы. Ругательства перешли в дикий вой. Но элвар не дал ей поплакать над утратой.
— Говори! Кто тебе заплатил за предательство?
Кровь лилась на землю, какая-то неправдоподобно алая. Разве у людей бывает такая кровь? Я поднесла руку к губам. И тут Верена атаковала, невзирая на смертельную опасность для нее самой. Не зная структуру моего заклинания и того, как с ним будет взаимодействовать ее заклятье, она швырнула в меня молнию. Меня отшвырнуло в сторону. Тёрн, как всегда, читал мысли окружающих. На земле, на том месте, где я стояла, осталась большая выжженная дыра. И я машинально ответила. Пройдя по следу своего заклинания, я представила, что вокруг женщины обвита не нитка, а огромная змея. Анаконда, которую я как-то видела в зоопарке. И сотворила заклятье.
Я тоже не рассчитала. Коэффициент, с которым мы так и не разобрались до конца, извратил мое колдовство. Вокруг Верены вспыхнуло кольцо огня. Она страшно закричала, но было поздно. Я не знала, как разорвать
— Уведи меня отсюда, — почти простонала я, повисая на ком-то. — Я не могу!
Тёрн подхватил меня на руки и понес обратно. Туда, где в воздухе висело мерзкое синеватое пятно. Лерг и Лютик отгоняли всех, кто пытался что-нибудь наколдовать даже для анализа.
— Ты ранена? — рванулся ко мне Лерг.
— Я в норме. Ребята, диплом у нас в кармане. Этот сволочной коэффициент так извращает заклинание, что просто с ума сойти!
— Ёлка, об этом поговорим потом, — перебил меня Тёрн. — Сейчас у меня другой вопрос. Остался след заклинания. Ты можешь пройти по нему?
— Могу. Но не прямо сейчас. — Я посмотрела на него и вздрогнула.
Темно-фиолетовые глаза элвара сейчас были глазами самой смерти. Я поспешно зажмурилась, пока от страха не растеряла все магические способности.
— Когда?! — прозвучал над моим ухом вопрос.