— Револьвер у меня был. У Дуремара обрез и «ТТшник», откуда я не спрашивал. Остальное Лысый перед делом подкинул. Где он волыны взял, не знаю.
— Сколько бабла должны были отдать Лысому, после гоп-стопа?
— Полноценную долю и десять процентов от всего хабара.
— Зачем ему бабки?
— В буру шпилил. Гутарил, пролетел на сотку косарей. Если лавэ не отдать, пику в бочину вставят.
— Понятно, — Абхаз глянул на меня.
— Позови Лысого. Хочу с ним перетереть. Абреку скажи, чтобы ждал в машине. Перед подвалом или как только зайдёт, забери у него ствол. Находится за поясом, «ПМ». Сумеешь?
— Сделаю, — пообещал я.
Повернулся к Денису.
— Пойдем.
Афганец молча кивнул.
Когда мы вышли из подвала, я добавил:
— Заводим этого орла в дом. Я так понял, Лысый — это плечистый тип с поломанными ушами и в «адидасе». Как он только заходит, я пробиваю ему в «солнышко», ты прихватываешь его за руки сзади. Забираю у него пистолет. Затем ведем его в подвал. Идём по бокам, чуть сзади. Внимательно за ним следим, тип опасный и терять ему нечего, если дернится, гасим, не до смерти, конечно, а так, чтобы отбить желание сопротивляться. Вырубать нежелательно, но вот отправить в нокдаун, поломать руку или пробить в печень, можно. Только хватаем его не сразу. Дадим сделать пару шагов, дверь прикроем, чтобы никакой суеты снаружи видно не было. Вопросы, предложения есть?
— Есть. Один. Чтобы его так прихватить, нужно, чтобы я был сзади. А если он что-то заподозрит и попробует либо пройти вперед, либо идти сзади всех?
— Не должен. Впереди он вряд ли пойдет, где шеф сидит, не знает, дорогу нужно показывать. Если вдруг начнёт плестись сзади, тоже вариант решаемый. Заходим первыми, а когда он закрывает дверь, берем его, по этому варианту. Я пробиваю в солнышко, ты хватаешь за плечи и руки. Можешь, схватиться за ворот и мастерку сдернуть немного вниз, чтобы клешнями дергать было трудно. Действуешь в зависимости от положения, можешь рвануть его на себя, прыгнуть за спину, в общем, делай что хочешь, но руки прихвати. Ещё вопросы остались?
— А если на помощь позовёт? Тощий за столом остался, а бородатый в машине. И выглядит зверюгой настоящим. Валить придётся.
— После удара в солнышко, Лысый будет добрый десяток секунд отходить, орать не сможет. А там я ему уже ствол к голове приставлю. Но ты ладонью рот на всякий случай закрой. Ещё вопросы остались?
— Никак нет, — усмехнулся афганец. — Всё понял. Сделаю.
— Тогда идём. С богом.
— С богом.
Абрек лениво развалился на сиденье рядом с водителем и дремал. Крепыш отсутствующим взглядом смотрел куда-то вдаль и думал о своём. Даже на нас не отреагировал сразу, повернул голову только тогда, когда убедился, что мы направляемся к ним.
Я подошёл к передней дверке, и постучал пальцем по стеклу. Бородатый встрепенулся, открыл окно и спросил с жутким акцентом:
— Чито, такое?
— Ты Абрек? — я с интересом разглядывал его. Действительно, вылитый головорез. Остроконечная бородка лихо торчит вперед, лицо словно высеченное из камня, мощная челюсть и надменно выдвинутый подбородок, в карих глазах плавают искры веселого безумия. Чувствуется, Абреку человека зарезать так же легко, как колхознику сигарету выкурить.
— Я, — подтвердил джигит — И чито?
— Тенгиз хочет с Лысым переговорить. А тебе велел в машине оставаться и ждать.
Крепыш нервно дернулся. На мгновение и чуть заметно, но движение я уловил.
— Зачэм? — поинтересовался бородатый.
— Хочет ему поручение дать, — равнодушно бросил я. — Слышал краем уха, что за деньгами отправить.
Лысый еле заметно выдохнул и немного расслабился.
— Харашо, — кивнул Абрек. — Лисий, ты слышал? Иды давай, Тенгиз ждет.
Дверца щелкнула и распахнулась. Крепыш в «адидасе» выпрыгнул наружу.
— А вы кто такие, пацаны? — спросил он. — Погоняла есть?
— Есть, — я дружелюбно улыбнулся отморозку. — Моё — Елизар, его, — кивнул на Дениса — Самурай.
Афганец довольно ухмыльнулся. Похоже, кличка, которую я придумал «на ходу», ему понравилась.
— Чьих будете? — продолжал «пробивать» Лысый, шагая рядом со мной. Денис, как и было договорено, чуть отстал.
— Мы сами по себе, но авторитетных бродяг знаем, — многозначительно ответил я.
— Одни на льдине, — презрительно ухмыльнулся крепыш. — Челюскинцы[10], что ли? Такие в зоне не выживают.
— Ну почему, — рассудительно заметил я. — Беспредел не чиним, общество уважаем. Людей поддерживаем. Нас многие знают, и мы тоже многих. Я с Дато Ташкентским чалился, Цирулем, Таро и другими ворами. Они могут за меня слово молвить.
— И что вы здесь тогда делаете? — поинтересовался Лысый. Услышав имена авторитетов, он немного сбавил тон.
— Авторитетные люди попросили присмотреть, чтобы тут всё ништяк было.
Я дернул на себя деревянную дверь и зашел, придержав её ладонью. За мной двинулся Лысый. Денис за его спиной чуть притормозил, давая бандиту возможность пройти в дом.
— Куда идти? — поинтересовался он.
— Прямо, — я указал на коридор. — Потом покажу куда.
Зашедший следом за бандитом афганец аккуратно закрыл за собой дверь. Можно начинать.
