Вернулась домой. Выслушала претензии матери. Пролепетала в ответ, что лекарство обязательно будет, но завтра. А когда старуха поковыляла в туалет, схватила ее аппарат. Набрала номер курьера с него.
В этот раз отозвался – тот же мужской голос.
– Я очень жду туремал! На улицу Виноградова! – возмущенно сказала Маруся.
– Да-да, все помню. Извините, колесо проколол. Меняю. Буду подъезжать – позвоню сам.
Звонка, разумеется, не последовало. А на ее вызовы – теперь с телефона матери – тоже теперь отвечал робот.
Расстроенная Маруся кинулась жаловаться подруге.
Вика ахнула:
– Ну ты дурочка! Лохушка! Зачем ты им деньги перевела? Тебя развели как овцу последнюю!
Маруся пыталась оправдываться:
– Но они сказали… на черном рынке всегда предоплата сто процентов!
– Про черный рынок я знаю мало, – призналась Вика. – Но там, по-моему, другая система. Переводишь деньги, в ответ присылают координаты закладки. А тебе, говоришь, курьер должен был привезти?
– Ну да. Приятный такой мужской голос…
– Да что он, дурак? Лекарство – в красном списке. А вдруг ты – подстава? С полицией встретишь? А у него с собой – вещество запрещенное?! Никто и не собирался тебе везти ничего!
– Зачем же тогда насчет пробки врал… и что колесо проколол… – всхлипнула Маруся. И неожиданно твердо добавила: – Я сейчас пойду в полицию. Заявление напишу. Телефон ведь на кого-то зарегистрирован. Карточка тоже. Пусть ищут.
– Можешь, конечно, пойти, – вздохнула Вика. – И не исключено, что даже дело заведут, если очень настаивать будешь. Только расследовать не станут. Надо официальный запрос в банк делать, в телефонную компанию. Окажется, что и симка, и карточка – оформлены на алкашей каких-нибудь, те ведать ни о чем не ведают. И вообще, пока ответ на запрос придет, телефон контактный давно сменят, счет в банке тоже. Поэтому полиция за такие дела и не берется.
– Но что мне делать?
– Перестать матери своей потакать, – сурово сказала подруга. – И не браться за то, в чем ты вообще не разбираешься.
– Значит, двенадцать тысяч я просто потеряла, – грустно ответила Маруся. – Ладно. Спасибо тебе за поддержку.
Подругу глупую было жаль, конечно, очень. Но как ей помочь? Сейчас столько мошенников развелось. Но хоть как-то – можно им кровь попортить?
Вика подумала. Включила компьютер. Вбила в поисковик:
– Черный список телефонов.
Ей немедленно предложили проверить.
Ввела десять цифр – номер того самого курьера.
Немедленно выскочил красный восклицательный знак:
– 78 отрицательных отзывов. Вероятно, мошенники.
Проглядела, что люди пишут – как под копирку:
– Обещали снотворное привезти, кинули.
– Нужно срочно было колесами закинуться, перевел, заблокировали.
Она тоже решила написать отзыв. В череде прочих коротких и гневных получился он более длинным и эмоциональным:
–
Выплеснула эмоции. Чуть успокоилась. Убеждала себя: «Надо выкинуть из головы. Все равно ничего не поделаешь».
Но тем же вечером ей в личные сообщения написали:
–
Ходить на службу, строить карьеру во всяких офисах Вадик никогда не мечтал. Еще в подростковые годы решил: приятнее в режиме аврала пошевелить хорошенько мозгами, покрутиться, рискнуть, хапнуть – а потом, без всяких «с девяти до шести», жить в свое удовольствие.
Но проблем с законом тоже не хотелось, поэтому предпочитал ходить на грани.
Например, мошенников прикнопливать. В концепцию «сравнительно честного отъема денег у населения» вписывалось вообще идеально.
Подлецов карать не жаль. И жаловаться точно не пойдут.
Черный рынок поставщиков рецептурных лекарств он изучал давно. Знал: реально доставить запрещенный препарат может один человек из ста. Но, упаси бог, не лично – только через «закладку», чтобы не подставиться. А многочисленные заверения «вам курьер привезет» – чистой воды обман. Расчет на совсем безмозглых наркоманов или таких отчаявшихся, как Маруся.
В сфере мошенничества с таблетками, как и в любой другой, есть профессионалы – с опытными менеджерами, мощными кол-центрами (располагаются часто на зонах), ворохом одноразовых сим-карт и счетов-однодневок.
