В этой книге под одной обложкой — две повести о бессилии и агрессии, принятии и непонимании, любви и жестком одиночестве.«Три удара под дых» полностью написан от второго лица и представляет собой рассказ о жизни подростка, который не может выразить себя иначе, как с помощью кулаков. В течение нескольких дней и в результате некоторых встреч Блез находит слова, чтобы выразить свои страдания и причины агрессии. Повесть получила Премию Книжного салона в Париже в 2017 года и была признана лучшим романом для подростков.«Жалкая личность» — автобиографическая история любви к кому-то, кто в твоей любви не слишком нуждается. Авторские иллюстрации помогают оказаться в мире блюза, где Пьер живет не потому, что нет другого выхода, а потому, что он сам так решил. Чего бы Пьеру действительно хотелось, так это путешествовать, уехать как можно дальше и от этого дома, и такого родного и такого невыносимого от отца. Подальше от школы, где ему как будто бы хотят помочь, но делают только хуже.
Мы неслучайно объединили в этой книге два нестандартных для современной франкоязычной литературы текста: оба они о подростках, оба — неполиткорректны, что крайне редко встречается на всех континентах в 20-х годах ХХI века, обе настраивают взгляд и внимание читателя на тех, кто почти невидим или, наоборот, всем своим видом и поведением пытается оттолкнуть от себя, а на самом деле кричит о помощи. То есть на тех, кого мы изо всех сил определяем штампами, стараясь скорее забыть об их существовании.
В то время как Блез, герой повести Бенжамена Демара, раздираемый неприятием своей жизни, дерется, пьет, слоняется по улицам, пытаясь разгадать загадку исчезновения своего отца, герой Пьера Дешаванна Пьер нежно заботится об отце-алкоголике и, хотя и мечтает стать путешественником, полностью принимает свою жизнь такой, какая она есть: запущенный дом, любимая еда и блюз.
Original editions:
Belle gueule de bois © Rouergue, France, 2014
Des poings dans le ventre © Rouergue, France, 2017
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательский дом „Самокат“», 2020
Во дворе тихо. Пока мы сидели на физике, прошел дождь. Асфальт еще влажно блестит. Между зданиями гуляет холодный ветер. Половина второго. Ты вслушиваешься, прислонившись к стене учебного корпуса.
Ты один. Ты первым выходишь на большую перемену, первым уходишь домой. И первым приходишь сюда, в это ненавистное место. В конце концов, не все ли равно — здесь или дома.
Ты слышишь, как они идут, задолго до того, как увидишь их. Надо же, неделю за неделей всё смеются. Как ни в чем не бывало. Все-таки память у них короткая. Они все ближе, они уже здесь. Ржут и толкаются. Скоро их набьется полный двор. Тогда ты сможешь выбрать.
Как было в прошлый раз? На той неделе, помнишь? Тот высокий, который показывает во дворе приемчики карате. Красивое невозмутимое лицо, вытянутая нога, потрясающая техника. И ступня, замершая в сантиметре от подбородка его друга. Это длилось недолго. Ты ни секунды не сомневался в себе. Похоже, он тоже не сомневался. Расправил плечи, встал в стойку — сейчас как даст. Но твою сверхъестественную силу не остановить. Короче, каратист отвалил с разбитой губой, весь в крови.
Ну вот, теперь все они тут столпились. Полный двор. Они — косяк мелкой рыбешки, а ты — большая акула. Опасный хищник. Безжалостная машина. Ты сжимаешь и разжимаешь кулаки. Ощущаешь, как под свитером перекатываются мускулы. До чего приятно сознавать, что ты непобедим.
Ты распрямляешься, отлепляешь от стены широкие плечи. Сейчас ты войдешь в стайку мелкой рыбешки. Ты сразу поймешь, которую схватить. Ты доверяешь чутью. Знаешь, что можешь себе это позволить. Приближаясь к ним, ты чувствуешь, что они искоса на тебя поглядывают. Испуганно глянут — и тут же отводят глаза.
Их полно, и можно выбрать любого, но так было бы слишком просто. На пути тебе попадаются и те, с кем ты раньше дружил. И каждого из своих друзей ты хотя бы раз отметелил. Просто так. Ни за что. Смеха ради.
Ты идешь дальше, они изо всех сил делают вид, будто тебя не замечают. Всё, ты сделал выбор. Это заняло не так уж много времени. Вон он, возле баскетбольной корзины. Болтает с двумя девчонками. С твоими одноклассницами. Сам-то он из параллельного класса. Вечно ржет. Да еще выпендривается. А девчонки вроде хихикают.
Ты выбрал не самого крепкого. Но уж больно много он треплется. Всегда всем доволен. За словом в карман не лезет, и живется ему наверняка легко. Ты уже прямо у него за спиной, девчонки тебя заметили, а он нет. Пока нет. Потом он все-таки оборачивается. Ты внимательно следишь за тем, как меняется его лицо. Таким ты его еще не видел. Серьезное, встревоженное — от улыбки не осталось и следа.
Одного того, что ты стоишь перед ним, достаточно, чтобы он чувствовал: все, попался. Он уже понимает, что стоит ему открыть рот, сказать хоть слово — и ему не спастись. Он пропал. Теперь он в твоей власти.
— Чего тебе?
Прикольно, с этих слов чаще всего и начинается. «Чего тебе?»
Сегодня ты действуешь по-другому. Ты не отвечаешь. Ты оставляешь его наедине с самим собой. Ты хочешь посмотреть, куда он загонит себя словами. Словами, в которых обычно он черпает силу.
— В чем дело?
Ты легонько так его толкаешь. Упершись ладонью ему в плечо.
— Да ладно тебе!
Он изгибается, едва не падает, на шаг отступает. Девчонки что-то тебе говорят, но ты не слышишь, что именно. Вообще-то тебе плевать. Ты опять толкаешь его. Чуть посильнее. И он снова пятится.
