От твоего окрика он останавливается. Ты резко вскакиваешь, догоняешь его. Ты хочешь сигаретку. Давай, по-быстрому! Тот говорит: «Извини, у меня мало осталось» — и продолжает свою прогулку. Он прекрасно видит, что ты намного младше. Но ты-то заметил, как в его глазах промелькнул страх. Парень твой. И вот ты хватаешь его за плечо. Заставляешь обернуться. И прежде, чем он успевает хоть как-нибудь среагировать, крепко отовариваешь его по роже. Ты вроде хотел сделать ему свой фирменный «Ды-ды-дыщ!» под дых, но как-то сама собой получилась оплеуха. Ты даже и не собирался.
— Гони давай! Сиги! Гони сиги! Быстро!
Он достает пачку и что-то лопочет, ты не слушаешь. Ты выхватываешь ее у него из рук и орешь, чтобы он валил отсюда.
Когда ты возвращаешься к вашей скамейке, твои друганы просто подыхают со смеху. Они подставляют тебе ладони, и ты в ответ даешь им пять. Когда ты прикуриваешь, рука с зажигалкой слегка подрагивает. Ты сердишься на себя. Того лоха ты не испугался. А вот взгляда этих троих на скамейке…
Пиво закончилось. Ты вызываешься сходить принести еще. Но у твоих друганов, у твоих новых корешей еще полно дел. У них забиты стрелки, надо раздобыть новую порцию дури. Вы прощаетесь и расходитесь.
Ты остаешься один. Выпитое пиво ударило тебе в голову. Ты не знаешь, чем заняться, домой неохота. Одиночество давит на тебя. Но тебе не к кому пойти. Те трое бросили тебя как-то неожиданно. Ты бы предпочел остаться с ними, на той скамейке. Вам было так круто вместе. Зачем ломать кайф? Ведь его так мало.
Ты поднимаешься и идешь слоняться по парку. Ты и сам не знаешь, чего ищешь. Внезапно ни с того ни с сего ты вспоминаешь мать, скорчившуюся на полу в коридоре. Ты стискиваешь кулаки.
Ты вышел из парка, так и не придумав, чем бы заняться. А правда, чего делать-то?
Пошатавшись по нескольким пешеходным улочкам в центре города, ты как-то бессознательно сворачиваешь к дому. Ты бредешь не торопясь, входишь в лабиринт переулков портового квартала. Путь дольше, зато не такой отвратный, как все остальное. Еще немного, и это могло бы потянуть на настоящее приключение. Пустынные мощеные переулки, желтые фонари, освещающие старую облезлую штукатурку и древние камни. В одном переулке, самом тесном, нет ничего, кроме глухих стен. Над ними колышутся плотные заостренные листья каких-то фруктовых деревьев. Здесь тихо и чисто. Все ухожено. От всего этого так и прет баблом, богатством. Тебе очень нравится этот переулок. Еще с тех пор, когда ты был маленьким и приходил сюда с матерью. Ты мог бы перелезть через ограду и посмотреть, что происходит по ту сторону. Пробраться по чужому роскошному саду, остановиться перед бассейном или еще чем-то красивым. Заглядывать в окна. Но, когда ты один, все это как-то совсем не прикольно.
Ты идешь дальше, уставившись на носы своих кроссовок. Скоро ты выйдешь из переулка. Дальше будет не так красиво. Некоторое время тебе придется идти вдоль речного порта. Ты даже не посмотришь в сторону пришвартованных судов. Они такие уродливые. А потом по мосту ты перейдешь на другую сторону города. На ту сторону, где мало фонарей и ни одного фруктового дерева.
А пока ты идешь по переулку, и деревья свешиваются из-за стен, чтобы поглядеть на тебя. Что-то ты размечтался.
Ты поднимаешь голову — там кто-то есть. В самом конце переулка. И этот кто-то приближается к тебе.
Ты не сразу въезжаешь, что не так с этим типом, который направляется в твою сторону. Волосы? Шапка? Черный, что ли, думаешь ты. А потом вдруг понимаешь. На нем черная балаклава, маска с прорезями для глаз.
Пока еще он далеко от тебя. Но ты уже чувствуешь — ты уже что-то чувствуешь. Дело не столько в маске, сколько в глазах под ней. Эти глаза сквозь щели уставились на тебя. Может, это из-за выпитого пива? Ты вообще не способен реагировать. Тот, в маске, все ближе и по-прежнему не сводит с тебя глаз. Вы почти поравнялись, а он все смотрит. Он будто хочет разгадать что-то в твоем лице. Как будто это ты в маске.
Разминулись. Позади себя ты слышишь его удаляющиеся шаги. Что же на самом деле произошло? Ты не знаешь. Ничего, конечно же, ничего. Просто ты только что покурил травку.
Ты идешь своим путем, выходишь из переулка.
Появляются мачты первых судов. Вода в порту черная, с желтыми кругами отражающихся в ней фонарей. Печальная картинка. Тебе вовсе неохота вот так заканчивать вечер.
Чем дальше, тем более тусклым и печальным становится все вокруг. Ты подходишь к своему дому. Поднимаешь голову. У тебя в квартире темно. Наконец ты входишь в подъезд. Забив на лифт, поднимаешься на пятый этаж пешком, не зажигая лампочек на площадках. Пусть это будет последним маленьким приключением сегодня вечером.
Дверь в квартиру по-прежнему широко распахнута. Как ты ее оставил. Ты нигде не включаешь свет. Достаточно того, что проникает через окна. В кухне на столе ты замечаешь материнский кошелек. Ты направляешься в свою комнату. Разумеется, матери на полу в коридоре уже нет. От этого тебе становится как-то полегче, и ты не хлопаешь дверью своей комнаты.
