– Нет, журналистов мы к себе пустить никак не можем. Это исключено.
Американец еще немного поворчал и сдался. В конце концов, снять многое и с борта буксира можно. А Полундра, добившись этого дипломатического успеха, снова устранился от переговоров – и Бессонов продолжил обсуждать технические проблемы. Вскоре они закончили, и оба отдали своим людям приказ приступать к работе.
– Не понимаю, что ты так прицепился к этим журналистам? – неодобрительно сказал Бессонов, выключив рацию. – Сильно бы они нам не помешали.
Полундра только головой покачал:
– Ничего себе, не помешали бы! У нас полкорабля кровью залито, гильзы стреляные на каждом шагу! Только что матрос приходил, докладывал, что они еще троих убитых нашли! И сколько их еще не нашли! А ведь американцы не знают, что здесь были террористы.
– Все равно же узнают. К нам их техники прибудут, они всем расскажут.
– Одно дело техники, а другое журналисты с камерами. Они потом такое шоу сделают, что никому мало не покажется. Раструбят на весь мир, что у русских атомные объекты хреново охраняются. Да и вообще, я ведь этому янки правду сказал. Ваш ледокол – режимный объект. На то, чтобы помощь принять, вы от начальства разрешение получили. А вот журналистов сюда пускать вам никто не разрешал. И не разрешит! Если не верите – попробуйте связаться с берегом и спросить, что там по поводу журналистов думают. Вот увидите, то же самое, что и я.
– Хорошо, хорошо, убедил, – кивнул Бессонов. – Кстати, ты нам понадобишься.
– В смысле?
– Ну, ты же, кажется, не просто спецназовец, а подводный пловец?
– Да, – кивнул Полундра.
– У нас водолазов не осталось, оба погибли. А у американцев всего один. Нужно будет пластырь на пробоину ставить. Там и внутри и снаружи придется поработать, но снаружи одного человека мало. Нужно будет помочь. Справишься? В общем-то, дело не особо хитрое, что не умеешь, тебе объяснят. Я так понимаю, главное, чтобы ты под водой себя чувствовал уверенно, а с этим проблем не возникнет.
– Вот уж точно с уверенностью не возникнет, – усмехнулся Полундра. – Эх, а я так надеялся поспать немного, пока вы с американцами ремонтом занимаетесь. Устал как собака.
– Сергей, очень надо помочь.
– Да я и не отказываюсь. Когда приступать надо?
– Сейчас, – с виноватой улыбкой ответил Бессонов.
Завести под пробоину пластырь оказалось не слишком сложно – но долго и утомительно. Полундра и американский водолаз очень сильно вымотались – двух человек под водой было мало. Но в итоге прикрыть пробоину все же удалось. Конечно, заплатка была хлипкой, но на какое-то время ее должно хватить. Теперь нужно откачать из трюма воду и можно начинать буксировку.
Анжелина Старк и ее оператор наблюдали за работой из легкой моторной лодки. Журналистка уже знала, что на борт корабля русские ее пускать не собираются, а потому занялась съемками работ, которые велись снаружи. Моторка прыгала по волнам рядом с ледоколом все время, которое потребовалось на возню с пробоиной. Удачными съемки назвать было нельзя – большая часть событий происходила под водой. Именно поэтому Анжелина оживилась, когда ремонт был закончен и в катер, спущенный с ледокола, поднялись водолазы.
– Снимай, снимай! – скомандовала она оператору.
– Далековато… – отозвался тот.
– Сейчас поближе подойдем.
Она схватилась за руль, повела моторку к катеру, в котором в этот момент Полундра и американец освобождались от гидрокостюмов. Можно было отснять хорошие кадры. И взять лица этих парней крупным планом.
И все бы хорошо, но Анжелина весьма неважно управляла моторкой. А в последний час резко усилился северный ветер, его холодные порывы поднимали уже высокие волны. Очередная из них сильно качнула моторку, Анжелина пошатнулась, руль из-за этого повернулся не туда, куда надо, и следующая волна чуть не опрокинула лодку. Оператор сумел удержаться, а девушка не сумела. С громким визгом она рухнула в воду.
В каком-нибудь из южных морей ее падение было бы поводом для смеха. Плавать Анжелина умела, так что выбралась бы через считаные секунды. Но девушка совершенно не ожидала ледяного ожога – до жути холодная вода объяла ее тело. Анжелине почудилось, что в нее вцепились клыки какого-то морского чудища. Мгновенно перехватило дыхание, в глазах потемнело. Она успела отчаянно крикнуть – и вода сомкнулась над ее макушкой.
