Удары жизни (ЛП) полностью

Та моя мысль отступает, когда его язык начинает дразнить мочку уха, прежде чем его горячий рот окутывает ее. В интимных местах вспыхивает покалывание, и колени слабеют. Его зубы кусают мое ушко, его щетина царапает щеку, и я сжимаю крепче глаза, представляя его грешный язык и грубую щетину между своих бедер, когда буду объезжать прекрасное лицо.

Я чувствую горячее дыхание на своей коже, когда он шепчет:

— Я собираюсь трахнуть тебя так жестко, так тщательно, что ты никогда не позволишь кому-либо еще быть внутри тебя. А знаешь почему?

Дрожа, мне как-то удается качнуть головой.

Его губы касаются раковины моего уха.

— Потому что никто не сможет заставить тебя кончить так интенсивно, как я.

Он оставляет легкий поцелуй на моей щеке и отклоняется назад, и глаза темно-зеленого цвета прожигают меня насквозь. Убирая прядь волос с моего лица, он просто говорит:

— Я погублю тебя.

Это не угроза, это вкусное обещание, которое заставляет меня сжаться в ожидании, и я не сомневаюсь, что он, в полном смысле этого слова, уничтожит меня.

Боже мой, если он может говорить такое вне спальни…

Я сглатываю, мои глаза замирают на грозном черепе футболки, потом переходят к татуированной коже и возвращаются к его приоткрытым глазам.

— А если взамен я попрошу стать твоей и быть единственной?

На его лице появляется легкая улыбка.

— Тебе не нужно просить меня об этом, Котенок. Твои ноги — единственные, между которыми мне хочется быть.

Господи, мне понадобится холодный душ после этого.

Я борюсь с желанием потерять себя, и сосредотачиваюсь на том, чтобы не превратиться в большую лужу у его ног. Но меня не спасти, стоит ему только шепнуть мне на ушко пару слов и оставить несколько, относительно, целомудренных поцелуев, и вот я, готова войти в ядерный реактор.

Я даже не уверена, что хочу знать, что он может сделать своими бедрами и надлежащим использованием языка. Мой бедный организм, вероятно, не выдержит.

Пальцы Деклана оставляют след на внутренней стороне моего бедра, заставляя сжаться мои внутренности, и я сглатываю.

— Так ты позволишь мне оказаться между ними? — Его губы касаются моих, когда он шепчет: — Думаю, мне необходимо напомнить тебе, кому ты принадлежишь.

Мой рот открывается, но я не уверена из-за чего именно: из-за последнего идиотского комментария, или из-за того, что он только усилил желание, поднеся руки к шортам. По-видимому, сразу оба варианта оставили меня бессловесной.

Он продолжает гладить меня сквозь джинсовую ткань, и внизу живота собирается боль. Я прилагаю усилия, чтобы ответить, но все, на что я способна — это втянуть воздух. Звучит не обнадеживающе.

Деклан скользит рукой внутрь моих шорт, прямо в трусики и влажным складочкам. Почувствовав, что я намокла, его рот дергается в дерзкой усмешке, и он кружит над клитором, а мои проклятые предательские руки сжимают в кулак его футболку, а дыхание останавливается.

— Твое тело реагирует так, будто оно мое.

Его волосы щекочут мой лоб, когда его язык дразнит мою нижнюю губу. Я не могу ничего с собой поделать и встречаю его губы своими, и как только я открываюсь, словно электрический разряд проносится меду нами. Деклан стонет и накрывает мои губы своими. Они одновременно неутомимы и мягки, и когда наши рты начинают греховную борьбу за власть, он вынимает свои руки из моих шорт и поднимает меня на край стола.

Мои руки хватают Деклана за волосы, пока его рот пожирает меня, сжимая и надавливая с мастерскими ласками языка и умелыми движениями губ, которые вышибают все мысли прочь и превращают меня в сгусток желания.

Меня никогда так не целовали. Это тот поцелуй, который нужно запомнить, поцелуй, который стирает все предыдущие и гарантирует, что никакой другой не будет лучше него. Я в шоке от того, что он станет моим последним первым поцелуем.

Я оборачиваю ноги вокруг его бедер, и как только он начинает расстегивать молнию моих шорт и тянуть их вниз, сильнее сжимаю ноги.

Я хочу секса. Я хочу этого так сильно, что даже не могу ясно мыслить, так сильно, что меня даже не заботит, что мы на работе и кто-то может к нам войти. Но я не сниму шорты при свете. Просто не сниму. Я – девушка, предпочитающая секс в темноте. Или хотя бы при тусклом освещении. Но прямо сейчас Деклан сможет увидеть все, и я просто… не могу.

Что могу сказать, я стесняюсь.

Наше дыхание учащается, когда он отклоняется назад.

— Что-то не так?

— Ничего, просто… их обязательно снимать?

Деклан оставляет на моих губах мягкий поцелуй.

— Моему рту будет трудновато добраться до тебя, если они будут на тебе...

Я закрываю глаза, когда его слова проникают в мою голову, и я инстинктивно сжимаю его бедрами. Деклан тихо посмеивается и пальцами вырисовывает круги на плоской поверхности моего живота, заставляя чувствовать так, будто внутри все готово перевернуться.

— Давай, Котенок… Позволь мне узнать, какая ты сладкая на вкус.