Удавка новолуния полностью

Легко было удержаться от желания наброситься на ту парочку, но вот удержаться от желания наброситься на стейк на рёбрышке толщиной в четыре дюйма, который он оставил на кухонном столе. Деверо планировал сначала хотя бы обжарить его по краям, но голод взял верх, и он проглотил его сырым, как дикий зверь. «Наверное, стоит поработать над этим», — решил он, облизывая пальцы.

Он подошёл к холодильнику, достал второй стейк и проглотил его тоже.

Его вкусы изменились так же, как и его тело. Он больше не хотел карри с искусными приправами, а бутылка острого соуса, которым он обычно обильно поливал большую часть своих блюд, теперь лежала нераспечатанной. Ему даже не нужно больше посыпать еду солью. Пока на столе имелось мясо, и в большом количестве, он был счастлив.

Бросив тарелку в раковину, Деверо слегка склонил голову. Он схватил халат, висевший на спинке стула, и накинул его, прежде чем направиться к входной двери. Он открыл её и увидел невысокого темноволосого мужчину, поднявшего кулак, чтобы постучать.

— Ты опоздал, Газ, — пробормотал он.

— Да, — Газ переступил с ноги на ногу, опустив взгляд и убрав руку. — Извини за это.

Деверо отступил назад и жестом пригласил его войти.

— Что там с цифрами за ночь?

Газ сунул ему скомканную газету.

— Я принёс тебе утренний выпуск, — сказал он, игнорируя вопрос. — Я подумал, что ты, возможно, захочешь это прочитать. Сегодня о тебе упомянули только на шестой странице, так что это уже прогресс.

Деверо взял газету, даже не взглянув на неё.

— Газ…

— Миссис Форд с восемнадцатого этажа снова жаловалась на работу своего бойлера. Заходил сантехник и сказал, что всё в порядке, но она считает, что он халтурит, и хочет, чтобы ты поговорил с ним.

— Что случилось с Макганном? Разве не он обычно устраняет проблемы с водопроводом в доме?

Газ кашлянул.

— Он, э-э, съехал в понедельник. У него молодая семья, так что, знаешь…

Взгляд Деверо посуровел.

— Нет. Я не знаю.

— Э-э-э, — Газ дёрнулся. — Я думаю, им хотелось иметь более просторное жильё. И сад.

Деверо скрестил руки на груди.

— Действительно, так и было? — он сверкнул глазами. Глаза его прищурились. — Так что насчёт ночных цифр? — повторил он. — Как у нас дела?

— Ребята прихватили несколько кошельков, — неохотно сказал Газ, отводя глаза, чтобы больше не встречаться взглядом с Деверо. — Но улов невелик. В наши дни люди не носят с собой много наличных, особенно богатые.

— А ещё сейчас начало лета. Многие люди уезжают в отпуск. По всему городу есть свободные квартиры и дома, воруй не хочу. Тут ничего сложного Взломай пару замков, проскользни внутрь, возьми пару ценных вещей… — Деверо развёл руками. — Не говоря уже обо всех этих проклятых туристах в Гуччи, Армани и Луи Виттон, которые слишком заняты фотографированием, чтобы обращать внимание на свои сумки. Предполагается, что сейчас пик сезона.

Газ не стал возражать.

— Да.

— И что? В чём проблема?

Газ отвернулся.

Деверо вздохнул.

— Просто выкладывай.

— Чёртовы копы всё ещё преследуют нас, босс, — слова вырвались у него в нервной спешке. — Никто не может даже пальцем шевельнуть так, чтобы за ним не следили. Они не могут схватить тебя, потому что ты стал сверхъестественным, поэтому вместо этого они охотятся за нами остальными. И вокруг полно журналистов. Может, ты и на шестой странице, но всё равно остаёшься главной новостью. Они предлагают наличные всем, у кого есть секретная информация. Рано или поздно всё уляжется, — он фыркнул. Судя по его тону, он сам не верил в свои слова. — Сейчас тяжело, не так ли? Но скоро всё вернётся на круги своя.

Деверо почувствовал вспышку ярости. В Лондоне встречались люди и похуже, чем его Стадо. Его люди не склонны к насилию. Они не угрожали и не причиняли физического вреда. Они даже не крали ничего сентиментального. В тех редких случаях, когда кто-то из членов команды забирал что-то незаменимое, например, прядь детских волос, вделанную в старый брелок для ключей, или старое потёртое обручальное кольцо, Деверо всегда заботился о том, чтобы это было возвращено анонимно.

Стадо работало на верхушке, выбирая богатых, чтобы помочь бедным. Он жертвовал на благотворительность и помогал своей общине — дело не только в том, чтобы набить собственные карманы. К сожалению, если Робин Гуда и его шайку почитали, то Пастуха и его Стадо презирали.

Благодаря их усилиям преступность в этом районе была на рекордно низком уровне. Грабежи, изнасилования, поножовщина… такого не происходило на территории Пастуха. Полиции следовало бы наградить его грёбаной медалью. Три сменявших друг друга мэра и четыре правительства не смогли добиться того, чего добился он. Его мишени могли чувствовать себя трагическими жертвами, но им приходилось сталкиваться лишь с незначительной несправедливостью, связанной с преступлениями без насилия, в отличие от людей, которые поколениями страдали от социальной несправедливости, сказывавшейся на их образовании, перспективах трудоустройства, жилье и здоровье. Его люди были настоящими жертвами.