Мы бегом спустились в игровую, и я плюхнулась на диван рядом с Каем. Все главные новостные каналы транслировали пресс-релиз Алекс. Китон вывел трансляцию на большой экран, и все затихли, чтобы послушать, как она объявляет о продаже линии одежды Кеннеди компании «Аккарди» и подтверждает, что покинула правление и должность генерального директора. Удивленные вздохи раздались из толпы представителей СМИ, когда она объявила, что бренд был построен на лжи, и после объяснений извинилась за все нарушения.
Алекс красноречиво и вдохновенно говорила о том, почему приняла такое решение и как много значил для нее бизнес. Уходя в отставку, она признавала за собой ошибки, сделанные на протяжении всего пути. Сообщение она закончила на более личной ноте.
– Я бы хотела поблагодарить всех сотрудников линии одежды Кеннеди за их преданность делу на протяжении всех этих лет и могу заверить, что, работая в «Аккарди», они будут в надежных руках. У компании амбициозные планы по развитию бизнеса, и я не сомневаюсь, что они будут набирать обороты. Также я бы хотела поблагодарить своих коллег из правления, которые без устали работали всю минувшую неделю для того, чтобы эта сделка состоялась. Наконец, я бы хотела поблагодарить своего мужа и детей. Они многим пожертвовали ради удовлетворения моих деловых амбиций, и я никогда не смогла бы добиться всего этого без их поддержки.
Она ненадолго замолчала, рассматривая большую толпу перед собой.
– В последнее время в СМИ было много репортажей и домыслов о нашей семье, и это частично способствовало моему решению завершить карьеру. – Алекс оглянулась через плечо на Джеймса, бесстрастно стоявшего позади нее. – Мой муж практически в одиночку занимался нашей семьей, и я никогда не смогу отблагодарить его за это в достаточной мере. Некоторые мои поступки ранили его, и я хочу публично извиниться перед ним. Мои замечательные сыновья недавно попали под прицел СМИ, и это цена, которую пришлось заплатить за публичность. Они никогда не хотели этого, и я хочу извиниться перед ними тоже и сказать, что с сегодняшнего дня и впредь всегда буду рядом. И в заключение я бы хотела призвать к уважению нашей частной жизни. Все это время наши фигуры были в центре внимания, теперь нам хотелось бы отступить в тень. Пожалуйста, оставьте мою семью в покое и позвольте нам решать свои проблемы частным образом. Спасибо.
Она покинула сцену под шквал вопросов. Китон выключил звук телевизора.
– Мама хорошо справилась.
Кент фыркнул, и все закатили глаза.
– Что? – воскликнул он, сердито глядя на нас.
– Давайте послушаем, – сказал Кэл. – Какую еще оскорбительную чушь тебе необходимо высказать? Давай, выплесни ее, пока мама с папой не вернулись.
Кент показал ему средний палец.
– Ты задница.
– Нет, это ты задница, – вступил Кеану. – Ты разве не понимаешь, какое это важное событие?
Кент хмыкнул.
– Я не куплюсь на эти байки. Поверю только тогда, когда увижу сам. Также я не куплюсь на дерьмо типа «я сделала это для семьи», – произнес он плаксивым голосом. – Она сделала это ради себя, чтобы шлюха Кортни не загребла бизнес и отца. Вот что ее волновало.
– Ты неправ, – вклинился Кай. – Я верю тому, что она сказала. И поверь мне, предстоит долгий путь, чтобы наладить отношения со мной, но если я могу дать ей шанс оправдаться, то и ты сможешь.
– Братишка, – сказал Китон, повернувшись лицом к Кенту, – раньше у мамы почти не было выходных. А теперь она бросила все ради нас. Она будет здесь каждый день. Все будет замечательно.
Я улыбнулась Китону. Хотела бы я разделить его энтузиазм.
– Ставлю сотню баксов, что уже через месяц тебя будет тошнить от ее суеты, – резко ответил Кент.
– Никогда, – преданно ответил Китон, – я никогда так не скажу.
Кай поднялся при звуке приближающейся машины. Он сгреб Китона в импровизированный захват головы, взъерошив ему волосы.
– Я горжусь тобой, братишка, даже если большую часть времени ты ведешь себя как сопляк. Не меняйся никогда.
Кент издал удивленный смешок.
– Черт, с этой семьей не все в порядке. И я обвиняю тебя, – сказал он, ткнув в меня пальцем.
– Меня? – Голос выдал мое удивление.
– Ага, тебя. Из-за тебя все ведут себя эмоционально и вечно сюсюкаются. Отвратительно. – Он состроил гримасу, а я рассмеялась.
– Я знаю, что ты это несерьезно. Однажды ты возьмешь свои слова обратно.
– Скорее ад замерзнет, чем настанет этот день.
Я закатила глаза, а в комнату вошел Брэд. При виде него тревожный холодок пробежал по моей коже.
– Эй, ты готов выдвигаться? – спросил он Кая.
– Ага. Только возьму сумку. – Он повернулся лицом ко мне. – Мы собираемся на трассу. Хочешь с нами?
– Нет, езжайте вдвоем. Развлекайтесь. – Мы все знали, что мое участие в этой поездке – за гранью возможного. Я поднялась и чмокнула его в щеку. – Я собиралась кое-что сделать. И нужно перезвонить Роуз.
– Окей. Я буду не поздно. – Кай поцеловал меня в губы.
– Чувак, ты подкаблучник, – презрительно усмехнулся Кент.
– Подкаблучник, и горжусь этим, – ответил Кай, подмигнув мне. Забавно, но его признание было приятно.
После их отъезда я отвела Кэйвена в сторону.
