Амалия быстро поднялась со скамьи. Но шейха не смутило, что он смотрит на нее снизу вверх. Он был похож на пашу, недовольно обозревающего принесенные ему дары. Проклятый гордец!
— Каким образом мой гардероб…
— Вам придется подобрать себе новый, — безапелляционно заявил он. — Я пришлю вам завтра стилиста. Примите мой совет и позвольте ей подобрать вам одежду. Мы будем праздновать помолвку, а не прятаться от окружающих. Моя невеста должна быть стильной, утонченной и не скрывать свои женские прелести.
— Я ничего не скрываю… Я…
В ответ он окинул ее фигуру таким оценивающим взглядом, что каждая клеточка ее тела затрепетала.
— Я одета идеально для роли вашей или чьей-либо еще невесты.
— Я не кто-либо. Никто не поверит, что я влюбился в такую, как вы…
— Вы говорите об этом уже не первый раз. Может быть, ваша невеста и должна отличаться от женщин, с которыми вы спали все эти годы? Может быть, вас как раз и привлек мой бурный темперамент, несдержанность и неделикатность?
— Во всяком случае, не ваш острый язычок. А вот целуетесь вы замечательно, — иронично заметил он. — А теперь ответьте, есть ли в вашем прошлом скелеты в шкафу, о которых мне надлежит знать?
— Аслам может считаться скелетом? — колко спросила она.
Шейх посерьезнел:
— Бывшие любовники-ревнивцы? Несостоявшиеся женихи? Бойфренды с разбитыми сердцами?
— Это не ваше дело.
— Амалия, пресса будет следовать за нами по пятам, стоит вам только появиться на публике в качестве моей невесты. Вы расскажете мне все сами или моим помощникам придется покопаться в вашем прошлом? Поверьте, прочитать в газете о неприглядном прошлом или бесчестных мотивах невесты — удовольствие не из приятных.
— Вы всегда собирали досье на любовниц?
— Нет, только в том случае, если им было что скрывать. Мы с вами затеяли серьезную игру. На кону моя репутация, и я не позволю ею рисковать.
— Разве я могу ее опорочить?
— Как насчет Максимилиана Риччи?
Амалия стиснула зубы, пытаясь сдержать гнев.
— А что с Максом?
— Вы называете его Максом?
— Я называю его так, как мне нравится, черт бы вас побрал, шейх. Это моя работа и моя жизнь. Вы не смеете меня препарировать и диктовать мне.
— Теперь смею. — Высокомерие так и сочилось из него. — Тот факт, что он использовал свои связи, чтобы добиться для вас аудиенции во дворце, даже после вашего двухмесячного отсутствия на работе, о многом говорит.
Похоже, у него входит в привычку делать скоропалительные выводы относительно нее. Может быть, она не умеет лгать, зато научилась скрывать правду Она отказывалась отвечать на вопрос шейха о Максе, подчинившись внутреннему инстинкту.
Шейх ослабил хватку, густые ресницы скрывали выражение его глаз.
— Я только хочу знать, не создаст ли он нам проблем в течение нескольких ближайших месяцев. Особенно когда узнает о нашей помолвке.
При мысли, что ей несколько месяцев предстоит провести рядом с шейхом во дворце, постоянно пикируясь с ним и борясь с собой, у Амалии душа ушла в пятки. Реакция Макса волновала ее меньше всего.
— Несколько месяцев? — повторила она, как попугай.
— Столько, сколько потребуется, пока Мира не выйдет замуж.
Она нахмурилась:
— Вы затеяли все это ради сестры?
— Да.
— Почему? Как ее свадьба связана с вашей невестой?
— Семья жениха Миры весьма консервативна. Им не понравились сенсационные детали о моей личной жизни, обнародованные в «Селебрити спай». Моей матери стало известно, что они хотят разорвать помолвку, не желая породниться с нашей семьей из-за меня.
— Они посмеют отказать сестре правящего шейха?
— Семья жениха очень богата и имеет старинные корни, но мнение общества для них важнее правды.
— В таком случае, может, Мире не стоит входить в эту семью?
Он улыбнулся и на щеках появились ямочки.
— Я был бы того же мнения, если бы не знал, что Фарид искренне любит Миру.
— Ваш отец влиятельный человек. Разве он не может убедить семью жениха, что Мира не несет ответственности за ваши эскапады? Это же не генетически обусловленный дефект.
— Будь на то воля отца, он бы немедленно аннулировал помолвку. Он считает, что брак сестры по любви чреват для меня многими неудобствами.
— Потому что сын важнее дочери? — с горечью спросила Амалия.
— Нет, потому что долг шейха гораздо важнее любви. — Его лицо казалось суровым в лучах заходящего солнца. — В жизни королевского семейства нет места для любви.
— Но вы идете на все эти испытания ради нее?
— Да. Я хочу, чтобы она была счастлива. Моя жизнь не должна неблагоприятно влиять на нее.
— Я ничего не понимаю. — Он называл ее противоречивой, а сам? Его взгляд теплел всякий раз, когда он говорил о сестре. — Вы выбирали женщин, предложенных таинственной мисс Янг, будто овощи на базаре. Тем не менее хотите, чтобы Мира вышла замуж по любви. Что-то у меня не сходится.
— Моя жизнь отличается от жизни сестры, Амалия. Так было всегда.
— Но вы намерены жениться с наименьшим уроном для себя?
