На утро они перекусили легкими бутербродами и вновь отправились в путь. Шли мимо маленьких сербских селений, где в местных магазинчиках пополняли свои съестные запасы. Уточняли у прохожих путь. Попытались уговорить кого-нибудь их подбросить поближе к границе. Не удалось. То ли вещей у них было много, то ли не захотели связываться с беженцами, а может быть, и по какой-то еще непонятной причине. Они решили сократить свой путь и пошли по лесу.
Впереди протекла довольно широкая и глубокая река. Течение было небольшим. И в такой сезон лучше не купаться. В тёплые времена Садик и Нух купались в подобных реках и стирали там свои вещи. Но с наступлением холодов приходили проблемы и с личной гигиеной.
Они преодолели эту реку через деревянный висячий мост. Дальше надо было идти вдоль реки. Они так и шли до наступления темноты.
Когда стало уже совсем темно, они решили устроиться на ночлег. Садик чуть углубился в лес, чтобы оправиться. И вдруг он едва уловил человеческий голос. Или это был просто стон. Он пошел к источнику звука. Увидев лежащего человека, наклонился к нему и сразу же крикнул:
– Нух, быстро принеси сюда фонарик.
Они оба склонились над почти безжизненным телом, а человек, услышав людей, начал издавать более громкие звуки.
Снег лежал на земле островками, а незнакомец лежал на них. Садик сказал Нюху:
– Давай, помогай. Перетащим его на полянку.
Они положили человека рядом со своими вещами. Садик начал обходить его вокруг и рассматривать. При этом мальчик высоко держал фонарик. Наконец Садик остановился:
– Он замерз. У него переохлаждение. Его вещи сырые. Может, реку переплывал. Разожжём костер. Ты собирай хворост, но далеко не уходи. Я постараюсь его раздеть и накрыть одеялами.
Вскоре у них горел костер. Они сидели по одну сторону огня, а незнакомца положили по другую.
Когда стало совсем поздно, Садик решил перенести пострадавшего в палатку и положить его спать между ними.
Они так и поступили. Однако Садик долго не мог заснуть. Он все думал: «Сколько людей должны гибнуть в поисках нового дома, Аллах?»
На утро они разбудили незнакомца. Им оказался юноша лет двадцати из Афганистана. Он рассказал, что шел с другом к границе Хорватии. Река стала преградой для них. Друг убедил его переплыть реку. Он смог, а его друг – нет.
Он говорил на английском скверно. Больше объяснялся руками, но и этого было достаточно, чтобы общаться.
Он надел свои грязные, но сухие вещи. Не лучше выглядели и вещи Садика и Нуха. Они давно ни обновляли свою одежду, ни стирали. Личная гигиена была минимальная для цивилизованной жизни, но зато максимально соответствовала выживанию в природных условиях.
Садик показал афганцу карту и спросил, разбирается ли он в ней. Тот весьма быстро сориентировался и показал Садику, в какой местности он собрался пересечь хорватскую границу.
Садик сначала засомневался:
– Ты уверен? Здесь точно можно будет без препятствий и пограничного контроля пересечь границу?
Тот одобрительно махнул головой. Вероятно, кто-то из его соотечественников через Интернет скинул информацию об этих лазейках на границе, когда он был еще дома.
Садик обрадовался и с улыбкой на лице решил пошутить с парнем:
– Мы по дороге нигде не утонем?
Тот отрицательно покачал головой.
У афганца с собой ничего не было. Ничего, кроме самого себя.
Так что он стал хорошим помощником для переноса вещей.
Они позавтракали перед затухающим костром и двинулись в глубь леса.
Через неделю они пересекли границу с Хорватией. А еще через столько же времени возле границы со Словенией они присоединились к немногочисленной группе, которая готовилась к переброске в Австрию.
Там Садик и Нух быстро нашли работу. Работу, которая их кормила до сентября. До той случайной встречи, когда Садик впервые увидел Анну…
Конечно же, не мог Садик про все пережитые ужасы рассказывать Анне. Европейские девушки не привыкли слушать страшилки из жизни беженцев. Так думал Садик. Да и передать все кратко и лаконично очень сложно: могут возникнуть недопонимания и сомнения в истинности рассказанного, в реальности пережитых событий. И потому Садик решил урезать свою историю. Он рассказал Анне только о том, как погибли родители Нуха. Девушка слушала историю внимательно. Она не отрывала взгляда от своего нового знакомого. После рассказа Садика ей стало более спокойно на душе. Она, по крайней мере, больше узнала о своем спутнике.
– Мне надо обязательно найти Нуха. Я должен его увидеть. Мне надо кое-что ему передать, – грустно сказал Садик после окончания своего рассказа о прошлом.
– Я что-нибудь придумаю… Завтра я позвоню моей знакомой, у нее есть контакты с людьми, которые занимаются вопросами беженцев. Ты не переживай.
Анна сделала паузу и хотела еще что-то сказать, как зазвучала музыка.
В углу зала кто-то начал играть на пианино в сопровождении саксофона.
Анна повернула голову к музыкантам. Они стали слушать музыкантов.
– Ты любишь джаз? – спросила Анна.
– Кто не любит джаз? – улыбнулся Садик.
– Ты пригласишь меня на танец?
