Они ходили, держась за руки. Для Садика это уже стало так привычно. Тем более что он видел то же самое вокруг: держались за руки как совсем молодые пары, так и пожилые люди.
Анна рассказывала ему про город. Садик вспомнил про пивной путч Гитлера. Это же здесь, в Мюнхене, произошло. Он стеснялся про это говорить с Анной. Смущался обсуждать то, что натворили предки девушки. Про немецкий фашизм теперь все говорили в прошедшем времени. И все же он рискнул спросить ее об этом.
– Здесь в каком-то заведении, – он бросил взгляд на вывески пивных ресторанчиков и продолжил: – пил пиво со своими последователями Гитлер и обсуждал предстоящий путч.
Анна повернулась к нему и остановилась. Она, чуть склонив голову в сторону и посмотрев с интересом на своего спутника, охотно ответила:
– Да, я это учила в гимназии. Но такие темы на меня наводят скуку. Я не люблю обсуждать политику и историю. Тем более все то, что было связано с насилием.
Помолчав, она продолжила:
– Здесь все пивные заведения похожи друг на друга. Зайдем в этот ресторан.
Они вошли. Большие деревянные столы были расставлены через огромный зал в два ряда. Между ними по проходу передвигались официанты в традиционных баварских одеждах. Они несли большие пивные бокалы и тарелки с закусками на руках, без подносов и других вспомогательных средств.
Они устроились ближе к проходу. Анна взяла меню и протянула его Садику. Сама же стала разглядывать присутствующих людей. Садик внимательно изучал гастрономический ассортимент заведения. Он не успел что-то выбрать: официантка появилась очень быстро.
Анна ответила на ее приветствие и стала делать заказ:
– Нам два бокала пива. Вашего фирменного. Мне сосиски. Моему другу что-нибудь без свинины. Если есть такие сосиски, например. Да… еще в общей тарелке картошку фри.
Принесли пиво. Влюбленные чокнулись бокалами, поцеловались и начали с наслаждением его потягивать.
Когда появились закуски, Анна еще раз уточнила у официантки их содержимое, а когда та ушла, посмотрела на Садика.
– Здесь колбаса из курицы, тут – из свинины. Это тебе, – она улыбнулась.
Спустя некоторое время они заказали еще два бокала пива.
Через пару часов они отправились в отель. Пиво сделало свое дело: опьяневшие Садик и Анна громко смеялись, рассказывая друг друга смешные истории. Он крепко держал ее за талию, словно боялся, что она может упасть.
Когда они уже почти приблизились к отелю, то вдруг заторопились. Было несложно догадаться, куда спешили влюбленные. Едва они вошли в комнату, как бросились друг другу в объятия, словно после многих лет расставания. Будто до этого мгновения они десятилетия были в разлуке – на разных планетах…
На следующее утро, проснувшись, они решили заняться тем, что было уже запланировано, – идти на поиски мальчика. В этот день им предстояло сделать многое и отвлекаться от задуманного было непозволительно.
Они поспешили на вокзал, даже не перекусив в отеле.
Лагерь для беженцев был недалеко от Нюрнберга. Они доехали туда к обеду. Расспрашивая прохожих, ребята достигли двух двухэтажных зданий. В одном – жили беженцы, в другом – находились администрация, столовая, учебные и игровые комнаты.
Анна позвонила со своего мобильного телефона медсестре.
– Здравствуйте, я говорю с Симоной?
– Да, я вас слушаю.
– Мне дала ваш номер моя подруга Сандра. Мы с ней коллеги.
– Ах да. Я все поняла. Вы где находитесь?
– Мы у вашего здания.
– Да, я вроде вас вижу. Вы меня видите?
– Да, вы нам машете со второго этажа, – Анна улыбнулась и стала тоже махать руками.
– Я сейчас спущусь за вами.
– Нет, не стоит этого делать.
Анна повернулась и посмотрела на Садика. Тот со счастливым видом следил за каждым движением губ девушки: он не понимал ни единого слова.
Она продолжила:
– Я тут подумала, а если это не тот мальчик. Лишний раз травмировать ребенка… Вы можете мальчика подвести к окну, так, ненароком. Мой друг посмотрит на него. Если опознает в нем своего брата, тогда…
– Да. Идея хорошая. Но должна вас предупредить, что ребенок должен и дальше оставаться здесь. Решение выдавать его кому-то принимаю не я. Надеюсь, вы понимаете, что проблемы создавать не стоит…
– Я вас поняла.
Она вновь взяла руку Садика и прижалась к нему. Их взоры устремились к окну.
Вскоре перед ним появился ребенок с женщиной средних лет. Медсестра пальцем что-то начала показывать мальчику в сторону, противоположную той, где стояли Садик с Анной. Ребенок смотрел куда-то вдаль.
Анна посмотрела на Садика: из его глаз текли слезы. Он молча смотрел на ребенка.
Анна поднесла трубку к уху и сказала Симоне:
– Да, это он…
Она не успела договорить, потому что Нух случайно повернул голову и в поле его зрения теперь попали и они. Анна прервалась разговор и начала медленно опускать руку с телефоном.
Мальчик, онемев, смотрел на них. Затем его лицо скорчилось, как от какой-то неожиданной боли. Он сначала забегал налево-направо перед окном. Затем, опершись двумя руками о стекло, начал кричать с ужасным визгом:
