– Оставьте его. Ему сейчас не до ваших глупых шуток. Пусть теперь сам подумает, что с эти делать, – сказал Димитр.
Садик действительно не знал, что с этим делать и как дальше быть. Одно было ясно: ему захотелось увидеть Анну прямо сейчас. Хотя бы краешком глаза. Но захочет ли она его увидеть?
Шли дни, Садик не мог найти решения. Но приближался особый день. День рождения Анны. Он подумал, ничего страшного не будет, если он подарит ей цветы. Хотя бы как старый знакомый.
Наконец он решился на поступок. Шел очередной рабочий день, и он оповестил о своих планах Йордана.
– Ты можешь меня отпустить сегодня пораньше с работы?
– Что, болеешь? – спросил бригадир.
– Нет, я чувствую себя как никогда лучше.
– А в чем тогда дело? Может поделишься секретом? – удивленно спросил Йордан.
Садик, поколебавшись, открылся Йордану:
– Хочу подарить Анне цветы. Сегодня ее день рождения.
Йордан улыбнулся:
– Все же решился. Так давно пора навестить ее!
– Не совсем навестить. Просто… Просто цветы ей на работе оставить. Чтобы передали.
– Ну… Тебе решать, что делать со своей судьбой.
Йордан свистнул Илиру. Тот оставил работу и подскочил к ним.
– Слушай, не доверяю я нашему малышу. Что-то опять натворит. С ним всегда беда за руку ходит. Довези его до больницы и, ну, ты меня понял…
Йордан хитро посмотрел на Илира. Тот подмигнул и пошел переодеваться.
Садик ждал Илира на автопарковке возле строящегося здания. Тот вышел со Стефаном. Они всегда были вместе: вместе работали, вместе жили, кушали, к девушкам ходили. Даже вместе отбывали тюремный срок в одной камере. Они были как близнецы. Но парадокс заключался в том, что Илир был албанцем, а Стефан – сербом. Здесь надо кое-что уточнить. Вернее, рассказать о них.
В восьмидесятых годах разразился конфликт между сербами и этническими албанцами. Сегодня каждый наслышан об этом. Но есть люди, которых можно считать очевидцами тех страшных времен. Некоторые считают их жертвами конфликта. Жертвами, потому что потеряли родственников, получили телесные и душевные травмы. Некоторые до сих пор страдают посттравматическими психическими нарушениями и ходят к психологам на лечение. Наши парни не страдали душевно. Но их поведение связано именно с тем, что они пережили.
Тогда шли ожесточенные бои в селах и городах Косово. Умирали тысячами, в том числе невинные дети.
Именно один из таких конфликтов навсегда оставил отпечаток в жизни этих двух парней. Во время артиллерийских бомбардировок и уличных боев две молодые семьи стали прятать своих детей в подвале одной многоэтажки. И, не общаясь друг с другом, как настоящие враги, оставили детей в этом единственно надежном месте. Албанская семья оставила сына Илира, ему тогда было семь лет. Сербы спрятали своего сына Стефана того же возраста и трехлетнюю дочь. Взрослые быстро покинули здание, а дети остались в маленьком подвале. Забегая наперед, скажем, что родители детей погибли.
Снаряды разрушили дом до основания. Руины завалили выход из подвала. Когда миротворческие силы откопали и чудом спасли детей, в живых остались не все: трехлетняя малышка не выдержала голода и жажды. Мальчиков отправили во Францию. Многих детей забирали из детдома приемные родители, а их так никто и не захотел усыновить. И они росли там как братья-близнецы.
Маленький городок во Франции, где они жили, находился прямо на границе с Германией. Став взрослыми, ребята совершили ряд мелких преступлений и были в конфликте с законом. Потом решили остепениться и найти себе занятие в Германии. Их многие боялись: то ли из-за агрессивного поведения, то ли из-за боевого вида.
У братьев была старая, но мощная машина черного цвета марки BMW.
На ней они и повезли Садика. Сначала поехали в цветочный магазин. Там Садик купил пышный букет и потом на простой бумаге начал писать послание к имениннице.
Братья смотрели на него с ухмылкой. Они не понимали действий Садика. Возможно, потому, что не были в его ситуации никогда.
Остановились на больничной парковке. Было около трех часов дня, когда Садик с букетом вышел из машины и робкими шагами пошел к центральному входу больницы.
– Здравствуйте, вы говорите на английском? – спросил Садик у одной женщины на ресепшене.
Та, ничего не сказав, повернулась и пошла во внутренний кабинет. Оттуда вышел парень помоложе:
– Я говорю на английском. Что вы хотели?
– Я вас очень попрошу передать этот букет доктору Шиллер Анне из терапии. Сегодня у нее особый день. День ее рождения. Так что я попрошу вас сделать это непременно сегодня…
– Хорошо, я исполню ваше желание.
Парень с пирсингом на лице забрал у Садика букет. Он посмотрел на цветы и, когда Садик хотел уже попрощаться, быстро спросил:
– А вы не скажете ваше имя? Что мне передать доктору Шиллер? От кого цветы?
– В записке все написано. Она в букете.
Парень с ресепшена увидел спрятанный кусок бумаги в цветах. Он улыбнулся Садику.
А тот вернулся и сел на свое место в машине с печальным видом и заявил:
– Теперь мы можем вернуться обратно. На работу.
Ребята повернулись к нему с ошеломлёнными физиономиями. Илир сказал:
