– Ну да! – продолжал первый. – Именно за этим мы и приехали. Открывай багажник, папаша! А ты, тетя, лучше отойди.
Николай сжал кулаки.
– Я тебе сейчас покажу «тетю».
– У нас в багажнике картошка. – Анна говорила со злостью. – Будете брать?
– Ладно, Серый, посмотри, что у них там в салоне.
Николай дернулся за ними, но Анна удержала его за рукав.
Тот, кого назвали Серым, открыл дверцу.
– Ничего себе! Мячик, ты глянь! В таком барахле, и такая магнитола. Давай нож, выковыряю ее.
Второй достал из-за голенища сапога складной нож, щелкнул, лезвие выпрыгнуло.
– Держи, а я с пенсионерами тут побеседую.
Серый поймал нож и залез на сиденье. Слышно было, как он ковыряет панель.
Мячик с дурной ухмылкой приблизился к машине.
– Открывайте вашу картошку. Быстро!
Николай отступил назад, продолжая загораживать собой Анну. Открыл багажник.
Мячик нагло подошел и сунулся к сумке. Ловко подцепив бандита сзади за штаны, Николай с силой втолкнул его в багажник и зажал торчащие наружу ноги крышкой.
Прием был таким молниеносным, что Мячик не проявил никакого сопротивления и даже не успел выругаться.
И тут неожиданно взвыла милицейская сирена.
Серый выскочил из «москвича», чуть не упал, бросился к мотоциклу.
– Валим! Менты!
Не дожидаясь подельников, третий, безымянный бандит рванул с места.
Серый врубил мотор на всю мощь и полетел следом. Мячик, вывалившись из багажника, похромал к своему железному коню и принялся его заводить. Наконец ему это удалось, и со страшным ревом он помчался вслед за друганами.
Когда от них остался только сизый дым, Анна начала озираться.
– А где милиция-то? – Она пыталась перекричать сирену.
Николай приобнял ее за плечи.
– Сейчас покажу. – Он подошел к водительской двери и залез рукой под сиденье.
Через несколько секунд сирена смолкла.
– Э-вуаля! Простая сигнализация!
Анна восхищенно покачала головой.
– Ну ты гений!
Николай заулыбался.
– Посмотрим, что он тут успел напортить. – Он сел на сиденье и склонился к магнитоле. – Ничего страшного. Несколько царапин. Ну что? Под «Любэ»? – Давай!
– Подожди, сейчас руль закреплю. И зажигание. – Николай вставил кассету. – Ну, раз-два, взяли?
Упершись в багажник «москвича», Анна и Николай покатили вперед…
10/09/90 16:47
– К молодому тренеру?! – У него взлетели седые брови. – Ладно, сгоняйте в соседний зал, второй тренер там.
Залы спорткомплекса ереванского университета располагались напротив друг друга, так что и пяти минут не прошло, как мы вернулись.
– Ну как, я помоложе буду? – рассмеялся мужчина.
– Да, тот совсем… – Я прикусил язык, чтобы чего не ляпнуть.
Он встал, опираясь на шведскую стенку позади скамьи. Хотя и сутулился, но все равно горой возвышался над нами.
– Вы точно в секцию баскетбола? Какой у вас рост, первоклашки?
Нам бы, первокурсникам, обидеться, но вместо этого я доложил:
– Сто семьдесят один сантиметр! А Аро – сто шестьдесят. Я на прикладную поступил, а он – на мехмат. Мы из физматшколы. Там все играют в баскетбол.
– С чего вдруг?
– Нет футбольного поля. А в подвале повесили кольца и сделали разметку, правда, пол совсем рассохся. А тут паркет отличный! – И я носком кеда провел по гладкому покрытию.
– Гномы подземелья, – расхохотался Тренер. – Армяне, конечно, не самые высокие, но даже армян в баскетбол берут от метр восемьдесят.
– Почему это? Вон в НБА один из лучших игроков, Макси Богз, аккурат сто шестьдесят. Третий сезон за «Шарлотт» выступает. А Спад Уэбб из «Атланта Хокс» со своими ста семьюдесятью был победителем конкурса по броскам сверху.
– Ишь, подкованный, – усмехнулся Тренер. – Смотришь Гомельского?
– Ага, ни одной его передачи не пропустил.
– Ну так иди в комментаторы.
– Мы пришли заниматься баскетболом, – заявил я. – Оба.
– Коротышки Винтик и Шпунтик, – хихикнул кто-то из ребят позади Тренера.
– Чип и Дейл, – назвал нас непонятными именами дылда с копной кудрей на голове, похожих на стружку.
Тренер минуту смотрел на нас, потом скомандовал:
– Марш в раздевалку! Еще раз увижу в уличной обуви на паркете – ноги переломаю.
08/10/90 17:53
– На сегодня харе! Капитаны – Ржавый и Медведь! – выкрикнул Тренер и сел на скамью, напротив центральной линии, чтобы начать судейство.
Он раздавал всем прозвища, чтобы не запоминать имена. Ржавый, потому что рыжий, а Медведь – косолап. К нам с Аро прилепились имена неведомых нам зверушек Чипа и Дейла.
Назначение капитанов было для меня любимым и ненавистным моментом тренировки. Любимым – потому что после упражнений начиналась игра. Ненавистным – потому что капитаны набирали свои команды, вызывая по очереди игроков. Последними оставались мы с Аро, то бишь Дейлом.
