— Кофе рядом с кофемашиной, а аспирин в аптечке. Что-нибудь еще Кирилл, Аркадьевич? — зло чеканив слова, она стучала по клавиатуре.
— Да, стрихнину если у вас есть.
— О, это вам к Горлиной, может она уже купила по случаю неразделенной любви, — съязвила заноза моей жизни.
Отключив селектор, откинулся на спинку кресла, проводя рукой по лицу.
«Идиот! Дебил! — что только не лезло в мою голову».
Арсеньева шпионка, наверное, она знакома со Стеллой. Хорошо еще не додумался отправить парней, проверить пентхаус на наличие прослушки и видео.
Арсеньева видит будущее. Впору достать пистолет и застрелиться.
Теперь все становится на свои места, как она узнала о действиях Елены в мельчайших подробностях. Решила что меня травят, прибежала спасать.
А то, что она сто процентов своими глазами видела как Стелла мне… Н-е-е-т, не желаю об этом думать.
В кабинете как-то катастрофически стало не хватать воздуха, совершенно нечем дышать. Поднимаясь с кресла, побрел к окну, нервно дернув за ручку, открыл створку настежь.
В помещение ворвался холодный ветер, принося с собой запах свежести и влажной земли. На улице было сыро и промозгло, недавно прошел дождь.
Невеселые думы нарушил сигнал селектора, а за ним официальный голос моей секретарши.
— Кирилл Аркадьевич, тут к вам Кузьмин пришел и Золотова, просят принять.
Вернувшись к столу, ответил.
— Они вместе пришли?
— Да.
— Пусть заходят.
Дверь тихо отворилась.
Мужчина лет пятидесяти прошел в кабинет первым, за ним женщина неопределенного возраста в сером брючном костюме на носу стильные очки без оправы, темные волосы собраны в хвост.
Финдиректор Фразина держала в левой руке объемную папку, прислонив ее к своей груди, на пальце висел брелок с серой флешкой.
Кузьмин же числился в отделе бухгалтерии компании Проект — Строй. Нареканий у главного бухгалтера никогда не было: не опаздывал, работу выполнял вовремя. В его отделе всегда был полный порядок, до недавнего времени, пока не спалили его кабинет.
— Садитесь.
Вперед вырвался главбух и сел поближе ко мне, на соседний стул медленно и чинно опустилась Золотова. Невозмутимым взглядом женщина смотрела мне прямо в глаза.
— Сергей Яковлевич, что привело вас ко мне? Рассказывайте, — начал я с Кузьмина, обращая на него все свое внимание, так как он явно вырвался вперед.
Видно было что мужик чувствовал себя в кабинете высшего руководства довольно неуютно. Сильное волнение выдавал вспотевший лоб и дрожащие руки.
Кузьмин достал чистый платок в полоску, вытер лицо и скомкал ткань в кулаке правой ладони.
— Кирилл Аркадьевич, сразу хочу сказать, я не виноват. Я никогда, даже копейки… Я не виноват. Я ничего никогда не брал. Клянусь вам.
— Сергей Яковлевич, а подробней можете изложить свою мысль? — бросил я взгляд на Золотову.
По мычанию главного бухгалтера уже понимал в каком направлении ветер дует.
— Я не виноват, это все они. Они мне угрожали. А потом вот пожар и деньги пропали со счета.
— София Сергеевна, я вас слушаю, — перевел я все свое внимание на женщину, слушать мычание Кузьмина больше не было желания.
— Кирилл Аркадьевич, я принесла полный отчет по аудит проверке. В папке выписки из документов, а более подробная информация на флешке. После пожара исчезла с одного счета энная сумма денег, цифры все обозначены, так же был систематический вывод средств со счетов малыми суммами. Передвижением и поиском денежных средств думаю займутся уже более профессиональные кадры, а я считаю работу аудиторской группы оконченной.
Золотова встала, положила на стол папку с отчетом и рядом флешку:
— Я могу быть свободна?
— Да конечно, благодарю за работу.
Золотова сухо кивнула и тихо покинула кабинет.
Я нажал кнопку селектора:
— Арина Федоровна, пригласите ко мне Доронина. Господи! Принесите успокоительное или что-нибудь для сердца у нас есть?
Кузьмин схватившись за горло, растягивая петлю галстука, потихоньку сползал со стула.
Влетела Арсеньева с пузырьками таблеток в одной руке и с бутылкой воды в другой. Как будто у меня в кабинете воды нет.
— Сергей Яковлевич, может все же скорую вызвать?
Кузьмин взял дрожащей рукой стакан с минералкой. Не спеша запил какие-то таблетки, которые ему положила на ладонь Арсеньева.
— Спасибо, Ариночка Федоровна. Вы моя спасительница.
Стал петь дифирамбы, этот старый раздувшийся кот, смотря на мою женщину маслянистым взглядом.
Слухи что Кузьмин еще тот ходок долетали до меня не единожды. Смотрю, даже умирать передумал рядом с моей секретаршей.
Стук в дверь все же напомнил этому хлыщу где он находится. В моем кабинете сегодня то пусто, то густо, пожаловал Доронин.
— Заходи, Юрич.
— Здравствуйте, Кирилл Аркадьевич.
— Тут вот Кузьмин с новостями пришел, но я так и не уловил сути дела из его рассказа. Забирай его к себе, потом доложишь.
— Кирилл Аркадьевич, я не виноват. Я копейки никогда не брал, клянусь вам! — опять завел свою шарманку главбух, снова начиная умирать от воображаемого инфаркта.
После того как безопасник вывел Кузьмина из кабинета, в нем опять образовалась гнетущая тишина.
