Сорок лет назад ЦРУ США разрабатывало целые операции, чтобы передать агенту фотоаппарат размером с пачку сигарет и научить им пользоваться. Сейчас — аппарат с наилучшими характеристиками был у каждого в смартфоне, а карту памяти для него можно было купить в любом киоске. По размерам она была с половину человеческого ногтя, а информации вмещала больше, чем в восьмидесятые располагалось на главном сервере ЦРУ.
Слон оправился от ранения числу к десятому. Я скрывался вместе с ним на вилле. Лариту похоронили. Я на похороны не пришел.
Иногда лучшее поминовение человека — отомстить его убийцам.
Да, американцам. Американцам тоже можно мстить — хотя и надо быть готовым к большим неприятностям. Трансграничная юрисдикция — не баран чихнул, особенно в Латинской Америке. Но… а что делать, утереться и дальше?
Рано или поздно — подкопанная со всех сторон вавилонская башня рухнет. И в том будет мой ма-а-аленький вклад.
Рио Гача — это что-то типа местного Сочи или Геленджика. Никто не воспринимает Колумбию, как курорт, — а ведь Рио Гача это те же самые Карибы, самые настоящие. Сжигаемый летней жарой город на берегу теплого, летнего моря, пальмы, фрукты, и разноголосый веселый народ…
Мы со Слоном ехали на чистой машине, которую я купил в фавелах за наличные (проверку она прошла бы, так как ездила по документам машины, попавшей в аварию — тотал) и разговаривали. О чем — я с вашего позволения умолчу, потому что сейчас все только и делают, что треплются за жизнь, но мало кто хоть пальцем пошевелит, чтобы сделать ее лучше. Не говоря уж о том, чтобы рисковать за нее жизнью.
В городе мы сняли квартиру, переоделись как отпускники — и отправились ближе к морю.
По пути мы остановились выпить тростникового сока. Сок этот здесь, как у нас чай, его пьют и свежевыжатым, и немного скисшим, как квас, (кубинский «пру»). Слон попросил именно кислый сок, и нам его налили из отдельной емкости. По вкусу он немного напоминал сидр.
— Как, все в порядке? — спросил я, когда мы отошли от тележки.
Слон усмехнулся.
— А ты не потерял хватку.
— Если бы потерял, меня бы похоронили. Мы что, идем на встречу с кубинским МВД?
— Нет, это венесуэльцы. Но они все учились или на Кубе или в Белоруссии.
Наша школа…
…
Мы зашли в лавку, где продавали солнечные очки и пляжную одежду. Вышедшая сеньора, лет сорока, подтянутая — поинтересовалась, что надо сеньорам.
— Это свой, Лусия, — сказал Слон, — один из нас.
Лусия по-мужски протянула руку.
…
— Хуан Вильмон, — уверенно сказала Лусия, взглянув на снимок.
Я иронически поднял брови.
— Вы даже в компьютере не посмотрите?
— Незачем смотреть, этот сукин сын мне хорошо известен.
Лусия закрыла магазин, мы сидели втроем на заднем дворике и пили чай. Еще во дворике была пальма, а на пальме сидел попугай и что-то орал.
— Кто он?
— Бывший полицейский, центральный округ. Когда его прижали за взятки и связь с мафией — он перешел на другую сторону. Вы его убили?
Я кивнул.
— Хорошая работа.
— Мне повезло.
Заговорил Слон.
— Луси, они и меня попытались убить. Если бы не он, я бы уже в канаве валялся.
Даже Луси, не Лусия.
Она прищурилась.
— Что вы хотите?
— Понять, что происходит. Почему нас пытаются убрать?
— Американцы пытаются лишить нас любых источников валюты.
Я покачал головой.
— Американцы так не работают. В их распоряжении вся мощь Госдепартамента, санкции и трансграничная выдача. Какой смысл пытаться нас убрать, если можно просто объявить в розыск и заблокировать средства?
— Чтобы запугать! — горячо возразила Люсия.
Я не стал возражать. Во-первых — женщине бесполезно. Во-вторых — я из осторожности не сказал, что почему-то разблокировали счет. Именно это лишало ситуацию всякого смысла. Зачем пропускать деньги, если они хотят запугать нас, остановить операции?
— Вряд ли они рискнут своими оперативниками. Погибло … гражданское лицо, они обычно не допускают такое.
— Я слышала… Для них латиноамериканка, особенно женщина — невелика потеря.
Я сидел с самым скептическим видом
— Ладно, я выясню, что нам известно. Надо два дня.
— Пойдет.
— Вы здесь надолго? Жилье нужно?
— Найдем сами.
— Оружие?
Вместо ответа я поднял рубашку.
— Ясно.
Лусия вышла на нас через день — что было очень быстро. Но сейчас, с интернетом, всё намного упростилось.
— Хуан Вильмон перешел границу всего два месяца назад, нелегально. До недавнего времени — он скрывался вот здесь.
Я посмотрел на место, которое Лусия указала в планшете.
— Что это?
— Это бывший лагерь подготовки контрпартизанских сил. Сейчас там люди ЦРУ готовят боевиков Фронта национального спасения.
Интересные дела.
