И тут Василий понял: что бы ни задумали демоны, это точно не входило в его планы. А значит, пора было что-то делать. Даже если ты — всего лишь душа в стеклянной ловушке.
— Хватит брыкаться, сиськам щекотно, — сразу проворчала демоница, придерживая кулон пальцем.
...
Шли дни, Василий Викторович не унимался. Он метался внутри стеклянной тюрьмы, яростно стучал в стенки и даже пытался плевать (что, учитывая отсутствие слюны, выглядело скорее комично, чем угрожающе).
— Я не остановлюсь, пока меня не выпустят и не вернут тело! Где право голоса, где возможность объяснить, что я не виноват!
Демоница подняла кулон перед глазами, и Василий впервые разглядел её как следует. Её зрачки были вертикальными, как у кошки, а в глубине янтарных глаз мерцали крошечные огоньки — будто где-то далеко внутри неё горели костры.
— Какой же ты плохой мальчик, — протянула она, и в её голосе внезапно прозвучало что-то похожее на искреннее любопытство. — Ты точно раньше был человеком? Обычные души к этому моменту уже смиряются. Или сходят с ума. Или начинают петь похабные частушки. А ты... Ты какой-то неправильный.
— Ну извините, что не оправдываю ваши демонические ожидания — огрызнулся Василий. — Может, у меня просто принципы есть? Или, не знаю, чувство собственного достоинства!
Демоница задумалась, постукивая длинным ногтем по стеклу.
— Принципы... Достоинство... — она произнесла эти слова так, будто пробовала на вкус незнакомые блюда. — Интересно. А что ты скажешь на это?
Она щёлкнула пальцами, и кулон вдруг наполнился густым фиолетовым дымом. Василий закашлялся (хотя, опять же, лёгких у него не было — так что это был скорее рефлекторный жест души).
И вдруг он увидел.
Не просто отражение в стекле — а настоящее видение. Его тело, бледное и безжизненное, стояло посреди огромного зала, окружённое демонами в деловых костюмах. Один из них что-то втирал в его кожу, другой прикреплял к груди табличку с надписью "Лот №666-А: Тело. Без пробега. Гарантия 30 дней".
— Вы... вы уже продали моё тело?! — прохрипел Василий.
— Ну конечно, — демоница улыбнулась, обнажив ряд идеально белых зубов. — Душа без тела — это как кредит без залога. А тело без души... О, это универсальный инструмент. Его можно использовать как марионетку, как сосуд для другого духа или даже как модный аксессуар. Кстати, твоё идёт по крайне высокой цене — у тебя же аппендикс не вырезан? Вот. Премиум-категория.
Василий онемел. Нет, он, конечно, знал, что демоны — не самые приятные существа, но чтобы ТАК цинично...
И здесь он почувствовал что-то странное. Тепло. Где-то в глубине его бесплотного существа зародился крошечный огонёк.
— О-о-о, — протянула демоница, внезапно наклонившись ближе. — Что это у нас? Неужели... праведный гнев? В 2025 году? Это же раритет!
Василий не ответил. Он сосредоточился на этом чувстве, на этой ярости, которая разгоралась всё сильнее.
И кулон треснул.
Тонкая паутинка трещины побежала по идеально гладкой поверхности.
Демоница впервые с момента их знакомства выглядела искренне удивлённой.
— Ну надо же, — прошептала она. — Кажется, я недооценила тебя, человек...
Фиолетовый свет мелькнул в пальцах демоницы — и трещина на кулоне исчезла, будто её и не было. Василий тут же почувствовал, как невидимые оковы снова сжали его душу, не оставляя даже призрачной надежды на сопротивление.
— Вот, сиди тихо, будь умничкой, — демоница провела ногтем по стеклу, оставляя на нём сверкающий след. — Но если и дальше будешь бунтовать, то я засуну тебя в одно очень… интересное место. Где твоя прыть хорошо мне послужит какое-то время.
Голос её стал сладким как мёд с примесью цианида.
— Какое место? — не удержался Василий.
Демоница ухмыльнулась:
— Представь: крошечный адский мир, созданный специально для строптивых душ. Ты будешь вечно бежать по бесконечному коридору, а за тобой будет гнаться… ну, скажем так, кое-что очень мотивирующее.
— Кое-что?
— Твой неоплаченный кредит. В материализованном виде.
Василий содрогнулся. Он на короткий момент прдеставил, как выглядит его долг в демонических отчётах — огромная цифра с горящими красными глазами и острыми зубами.
— Ладно, ладно, я понял! Буду тихим! — поспешно согласился он.
Демоница рассмеялась и собиралась что-то ответить, но вдруг её ухо дёрнулось. Где-то вдалеке раздался звук — мягкий, но отчётливый удар лапой в дверь.
— Опять этот кот… — прошипела она, и в её голосе впервые прозвучало раздражение.
Василий насторожился.
— ЭТО ЧЕ БОРИС?!
Демоница резко встала, и кулон закачался на её шее.
— Он уже третий день ходит вокруг моего чертога. Вынюхивает. Царапает пороги. И самое противное — оставляет шерсть на моих коврах!
Василий едва сдержал смех. Даже здесь, в аду, Борис оставался собой — наглым, пушистым и совершенно неуправляемым.
— Он ищет меня?
— Он ищет проблемы, — демоница сняла кулон с шеи и поднесла к губам. — И если он сунется сюда…
Она приоткрыла рот, и Василий увидел, как в её глотке мерцает пламя.
— Я скормлю тебя себе на завтрак. Понял, человечишка?
Кулон снова закачался на её шее, а Василий задумался.
Борис рядом. Борис не сдаётся.
А значит, шанс ещё есть.
