Нет, нет! Все было не так! Она освободилась. Но он схватил ее снова!
Люсия молниеносно полоснула когтями, теряя надежду прыгнуть… чтобы умереть.
— Лауша! Проснись! — Гаррет потянулся к Люсии, чтобы успокоить, обнимая валькирию за плечи. Стоило ему прикоснуться к ней, как электрический разряд ожег кончики его пальцев, а ее рука с острыми когтями метнулась вперед, рассекая его грудь.
— Какого черта? — Он отпрянул назад. — Лауша?
Валькирия распахнула глаза, полностью серебряные и блестевшие от слез.
— Ш-ш-ш, не надо бояться. — Гаррет поднял вверх ладони, придвигаясь к ней снова. — Это всего лишь я.
Люсия в изнеможении рухнула на кровать, слепо уставившись в потолок. Когда она вновь закрыла глаза, слезинки покатились по ее лицу, разрывая ему сердце.
Гаррет не мог спокойно смотреть, как его любимая плачет.
— Твои сны становятся хуже некуда.
Она спала всего лишь час — короткий послеобеденный сон, — но и этого оказалось достаточно, чтобы довести Люсию до ужасного состояния.
— Я… я в порядке. Все будет хорошо, — заверила она Гаррета, хотя молнии все еще продолжали вспыхивать снаружи.
МакРив передвинувшись, сел в изножье кровати.
— Ты должна рассказать о своих снах.
— Мы уже это обсуждали, — ответила валькирия, утирая ладонью лицо. — Я не хочу об этом говорить.
— Это…из-за меня? — увидев, что Люсия нахмурилась, Гаррет пояснил:
— Тебя не мучили подобные сновидения в течение прошлого года, не так ли? Но теперь, когда мы вместе, они ухудшаются с каждым днем.
Люсия села, подтянув колени к груди.
— Нет, ты раздуваешь из мухи слона.
— Раздуваю? — Он указал на кровавые царапины, протянувшиеся через его грудь. — Ты напала на меня!
— Мне очень жаль. — Она опустила голову на руки. — Я не осознавала, что это был ты.
— Да плевать мне на это! Я просто хочу, чтобы кошмары закончились.
— Я тоже, — прошептала она. — Они закончатся. Скоро, я уверена.
Гаррет схватил джинсы и рывком натянул на себя.
— Кажется, что, чем больше наше наслаждение, тем ужаснее становятся твои сны.
Люсия недоуменно уставилась на него.
— О чем ты?
— Мне одинаково необходимо как заявить права на свою подругу, так и сделать ее счастливой. Однако на деле выходит, что ты, даруя мне тело, наслаждаешься, а затем страдаешь. — Гаррет провел ладонью по волосам. — Может, сны ухудшились, потому что сегодня полнолуние? И где-то в глубине души ты боишься меня?
Боги, этот мужчина был жесток. Не только когда защищал ее, но и когда испытывал сильные эмоции. МакРив принимал все слишком близко к сердцу.
— Я не боюсь тебя.
МакРив — защитник, щедрый, заботливый. Полная противоположность моему мужу.
— Тогда чего ты боишься? Яви мне врага, чтобы я мог с ним сразиться!
Этого Люсия точно не могла сделать.
— Многих бессмертных преследуют кошмары. Прожитые годы дают о себе знать…
— Чушь собачья! Не лги мне.
Люсия поднявшись, одевалась, натягивая трусики.
— Выбрось это из головы, МакРив.
— Чтоб тебя, валькирия. Между нами не должно быть таких сложностей. Ты хочешь меня, я хочу тебя. И точка.
— Ну, со мной не все так просто…
— С тобой ничего не просто.
— У меня запутанная жизнь, хочу я того или нет. — Люсия, торопливо надев шорты и топ, принялась заплетать волосы над ушами.
— Так много секретов, Лауша. Будут ли они согревать тебя по ночам?
Ее движения замедлились.
— Что это означает?
— Это означает, что ты должна рассказать о своем сне.
Валькирия отмахнулась, отведя взгляд.
— Я не помню.
— Довольно лжи! — Гаррет схватил ее за плечи. — Почему ты не хочешь довериться мне?
Молния освещала небо, в то время как нарастал ее гнев.
— Не в моем характере доверять кому-либо!
Некоторые секреты уйдут с ней в могилу.
— Ты никогда не задумывался, что, чем больше мне нравишься, тем меньше я хочу, чтобы ты знал мои секреты? И как ты действительно можешь быть уверен в том, что готов услышать о них, МакРив?
Словно волк почуявший западню, Гаррет запрокинул голову не в состоянии определить, в чем тут подвох.
— Я не понимаю тебя. От меня вообще нет причины что-либо скрывать. Решение за тобой.
Люсия отскочила от него в сторону.
— Боги, ненавижу, когда ты так говоришь!
Легко рассуждать тому, кто ни разу за свою длинную жизнь не совершил поступка, повлекшего за собой катастрофические последствия!
— На днях, женщина! Ты спросила меня, думал ли я когда-нибудь о том, чтобы отступиться от тебя. Никогда прежде, но сейчас…
— Сейчас?
— Ты должна пойти мне навстречу, или я прекращу добиваться тебя. А когда я это сделаю, ты будешь сожалеть о своей потере.
— Ты расскажешь мне?
