Леонид поймал себя на странной, но вполне закономерной мысли. Каждый раз, куда бы ни шёл, обязательно влипает в неприятности. Обычная прогулка превращалась в погоню, и даже стоя на месте, он умудрялся бороться за место под солнцем и неважно какому из миров оно дарует свой свет. Неприятности неустанно преследовали его с самого начала. Только он появился в Мире пропавших без вести, а вселенная уже бросила его в чан полный, не совсем знакомых ингредиентов. Стоило выбраться из проклятого чана, появлялся новый ингредиент и уже вдвоём, они вновь тонули с головой. Он и Андрей, он и Уголёк, он и Увалень, он и Лиза. Все кроме последней уже были либо мертвы, либо не материальны. Техник не любил неприятности. Да, они закаляли характер и разнообразили жизнь, но он их не любил, просто потому что не любил меняться сам так как под их натиском, жалкая и ничтожная личность техника снова претерпевала серьёзные метаморфозы. Что из этого получится, прекрасная, пёстрая бабочка или бесконечно уродливое существо, знать он не мог, да и не хотел знать.
Несколько часов назад, некогда безобидный техник, практически забил мальчишку до смерти и не жалел об этом. Всё в этом спонтанном акте правосудия было прекрасно. Мало того, что он "исповедался" так ещё, подрезав сухожилия подростку, снизил шансы на выживание почти до нуля. Вполне вероятно, его найдут обитатели поселения у башни и вывесят труп Володи на частокол, предупреждая незваных гостей. Несмотря на это, техник не считал себя убийцей. Приложив усилия и использовав голову, мальчишка мог выжить. Выжить и в будущем, даже ходить, но не размножаться. Несмотря на явный дефицит людей, этот мир, прекрасно обойдётся и без его набора генов. Конечно, он мог умереть от кровотечения, не приходя в сознание...
Рассуждения о судьбе малолетнего урода, грели душу и поднимали настроение. В свете полной луны, он шёл в обнимку с блондинкой, ухмылялся и даже напевал "Серенаду Трубадура".
Поначалу Лиза, хорошего настроения техника не разделяла. После удара бутылкой, голова сильно болела и кружилась. Леонид констатировал сотрясение мозга и велел терпеть. Успокоиться получилось далеко не сразу. Этой ночью слепая вера в ближнего едва не стоила ей жизни, но даже это не послужило поводом потерять веру в людей. По крайней мере в одного человека уж точно. Успокоившись, она даже жалела Володю и волновалась о его судьбе. Однако, у неё хватило мозгов бросить родственника и пойти с техником. Периодически поглядывая на него, Лиза видела рядом с собой не грязного, вонючего бомжа как несколько дней назад. Его угораздило стать для неё единственным и самым близким человеком во всём мире. Но он этого не знал и упорно тащил девушку вперёд, постоянно улыбался, являя на свет полной луны грязные зубы. Володя, в желаниях и душе которого она так и не сможет никогда разобраться, и жуткая башня остались далеко позади. Только башня пока не пропала из виду. Хромая на правую ногу, Лиза слушала жизнеутверждающую песню из старого советского мультфильма и тоже начала улыбаться. Даже фальшивое исполнение не могло подорвать её уверенность в том, что солнце обязательно взойдёт...
И солнце взошло. Небо на юге, озарила ослепительная холодная вспышка и оба зажмурились. Когда вспышка сошла на нет, над горизонтом стремительно взошло микроскопическое мертвенно-холодное солнце. На мгновение зависнув в небе, оно стало опускаться. Лиза, открыв рот, зачарованно смотрела на феномен. И только она собралась выразись своё удивление, а спутник, выдав что-то похожее на "А, блять", чуть приподнял её над землёй и побежал вперёд.
Пробежав всего пару десятков метров техник всё же споткнулся, и они рухнули на землю. Не говоря ни слова, он прижал Лизу к земле и закрыл ей голову. Тем временем, карликовое солнце, с огромной скоростью преодолев десятки километров, с глухим грохотом врезалось в землю позади них, попав точно в тоже место, где они стояли ранее. Энергия последующего взрыва на глубине нескольких метров, подняла в воздух кубометры почвы, разбросала вокруг раскалённые камни. Один из таких камней по инерции отскочил от земли и упал на спину Леониду, в район левой лопатки. Размером со спичечный коробок, камень был слишком лёгким для того, чтобы оставить даже синяк, но очень горячим. Раскалённый карликовым солнцем кусочек породы, за секунду прожёг рюкзак и одежду техника, кожа запузырилась, и обуглилась. Быстро остывая, камень "прилип" к спине и продолжал причинять дикую, нестерпимую боль. Когда Лиза всё же пришла в себя, то увидела, как техник орёт от боли и с остервенением, но безуспешно пытается сбросить с себя камень. Не задумываясь, она одёрнула на нём рюкзак, нащупала камень голой рукой, и схватив, отбросила в сторону. Она уже хотела подняться, чтобы хоть как-то помочь ему, но техник, задыхаясь от боли не позволил ей сделать этого.
- Не надо... Не ставай... Не вставай!
- Вы же ранены!