– Лично я носа не высуну, пока не буду знать наверняка, что «хищнику» конец. Он мог зависнуть там, наверху, поджидая нас, и стоит нам показаться из укрытия… – она врезала кулаком по ладони другой руки. – Блямс!
– Тогда как же? – позволил я себе выказать бессильную злость.
Мне ничуть не хотелось подвернуться под бомбардировку с орбиты, однако я прекрасно сознавал, что каждый шаг вниз уводит нас дальше от разбитого лайнера и выполнения задания.
– Нельзя же здесь прятаться до бесконечности, – сказал я.
– Я тебя услышала. – развернувшись, Клэй спустилась ступенькой ниже. – Отсюда мы не можем связаться с капитаном, потому и идем дальше. Посмотрим, глубоко ли уходит эта кроличья нора. Может быть – всего лишь может быть, – мы найдем выход в такое место, где никто нас не поджидает, и оттуда дадим ей сигнал. Попросим спуститься за нами.
– А потерпевшие крушение?
Она отвернулась, примериваясь к следующей ступени:
– Там живых не осталось.
– Откуда такая уверенность?
Клэй присела, готовясь свесить ногу с уступа.
– Оттуда, что «хищник» выцеливал нас с высокой орбиты. От такого не спрячешься.
Я понимал, что она права. В этих каньонах практически негде укрыться. И все-таки…
– Когда мы появились, тот корабль ждал в засаде, готовился на нас прыгнуть. Может, он не приближался к месту крушения. Может, пока он прятался, кто-то успел уйти?
Клэй пожала плечами.
– Возможно, ты и прав, – сказала она, – но думается мне, те наемники, которых мы видели, были командой чистильщиков. Кто ушел от «хищника», тех добили они.
Она дотянулась ногой до следующей ступени. Стук подошвы эхом раскатился по лестничному колодцу.
– А на поиск у них была целая неделя, – заметила Клэй. – Если при крушении кто и выжил, теперь они мертвы.
Мы с Престоном наблюдали за ее спуском, пока Клэй по изгибу лестницы не скрылась за центральной колонной. Тогда мы с ним переглянулись.
– Что думаешь? – спросил я его.
Он вернул грушу в ящик и перекинул на другое плечо медицинскую сумку.
– По-моему, нам выбирать особо не из чего.
Он двинулся за Клэй, но я удержал его за локоть.
– Ты не знаешь, что там внизу, – напомнил я.
Мальчишка ответил затравленным взглядом:
– Зато я знаю, что там наверху. И лучше рискну с ней, чем подставляться под удар с орбиты.
Я выпустил его и сделал шаг назад:
– Ты прав.
С такой логикой трудно спорить.
Он пошел на звук шагов Альвы Клэй. Прежде чем тоже скрыться за центральной колонной, остановился и оглянулся на меня:
– Вы не пойдете?
Я с силой выдохнул носом. Надежда застать Ону Судак в живых была отчаянной и зыбкой. Если она мертва, мне будет вовсе нечем торговаться.
Какая злая ирония: тяжелый крейсер Конгломерата прикончит мою карьеру в разведке того же Конгломерата. Злость берет от такой иронии судьбы. Что подвигло наш флот сбить лайнер внешников? И почему разведку заботило не столько предотвращение бойни, сколько спасение какой-то поэтессы? Беда с правилом: «Каждый знает не больше, чем ему необходимо», – рассуждал я, в том, что тебе обычно не сообщают самого необходимого, а уж увидеть картину в целом и вовсе не мечтай.
Я не знал, пытались ли наши заново разжечь конфликт, или это случайное попадание. Но одно было ясно: если у меня есть будущее, оно в Доме Возврата.
Я подобрал ящик с пайками – его вес принял на себя экзоскелет.
– Да, детка, иду, – фыркнул я. – Куда я теперь от вас денусь?
Я потеряла счет времени. Меня мучил голод, и уже чудилось, что желудок переваривает сам себя. Коридоры зиккурата были такими же запутанными, как лабиринт каньонов на поверхности, и выложены тем же белым камнем. На краю зрения шмыгали тени, но стоило повернуть голову – исчезали.
Помещения, которыми я проходила, выглядели утилитарными, но догадаться об их назначении я не могла. Если в них попадалась мебель, то высеченная из того же кварца, словно выраставшая без швов из стен и из пола. Были там предметы вроде кафедр, возможно для сидения, и изогнутые бумерангами полки – возможно, столы или ложа для отдыха. Ксенолог на моем месте мог бы что-то предположить, но у меня не хватало ни интереса, ни опыта, ни возможности уделять этому внимание. Я мучительно ощущала, как с каждым моим шагом сгорают калории, которые нечем возместить. Если не найду пути для побега, скоро буду покойницей, такой же как…
– О черт!
Только теперь до сознания дошло то, что уже пару секунд видел глаз. Один труп лежал навзничь посреди коридора, другой – сидел, привалившись к стене. Я подошла к ним с осторожностью, хотя было уже ясно, что оба мертвы и довольно давно.
