Когда очередь дошла до Полинки, она молвила:
- Прости, Ульяна Даниловна, но я все сказки запамятовала.
- Да как же так, голубушка моя? В Рождество Христово ты три сказки нам поведала. А что же ныне?
- Не ведаю, Ульяна Даниловна. Запамятовала.
Ульяна все последние недели примечала: трудится Полинка всё также исправно, а в очах ее затаенная грусть. Украдкой вздохнула: никак по князю скучает.
Не обманулась Ульяна: Полинка очень скучала по своему Михайле Федоровичу. Еще в сечень заторопился из покоев и надолго пропал. Куда исчез и где он ныне - никто доподлинно не ведает. Всякое говорят, но всё больше про охоту. Но неужель столько времени можно в лесах охотиться? Что-то не верится. Всего скорее, забыл Михайла Федорович свою Полинку и умчал куда-нибудь в дальнюю сторонушку. И не только ее из головы выкинул, но и нашел себе новую забавницу.
Сумрачно на душе Полинки. Девки весело смеются, а ее никакая развеселая сказка не трогает. Надо бы в сад попроситься. Ульяна Даниловна, чай, не откажет: праздник всё же.
Из сеней по лесенке послышались шаги. Дверь распахнулась, и в светелку вошел Русин Егорыч.
Девушки поднялись с лавки, поклонились в пояс.
- С пресвятой Троицей вас, девки.
- И тебя с Троицей, Русин Егорыч.. Дай Бог тебе доброго здравия и многолетия, - ответила за девок старшая из них, Наталья.
Приказчик глянул на Полинку, поскреб перстами густую каштановую бороду и степенно произнес:
- Углицкие мастера дарят тебе, Полинка, за твои искусные изделия свою искусную работу.
Девки от удивления рты разинули. Даже Ульяна Даниловна ошарашенно посмотрела на супруга. Да что это деется, пресвятая Богородица! Чужие мужчины в девичьей светелке! Никак супруг умом тронулся.
Первым вошел в светлицу Андрейка с шандалом в руках. Он сразу узнал Полинку и так покраснел, как будто его лицо червленой краской вымазали. Он забыл обо всем на свете.
Стоявший обок Богдашка, подтолкнул друга локтем, и тот опомнился, вспоминая слова, кои он должен сказать:
- Прими сей скромный дар, златошвейка Полина, от мастеров углицких..
Полинка недоуменно глянула на русокудрого молодца, поклонилась и приняла шандал, сразу же залюбовавшись превосходной работой.
- Благодарствую, - и вновь поклонилась.
- А теперь в мои покои, ребятушки, - тотчас молвил приказчик.
Парни потянулись к дверям. Андрейка не удержался, оглянулся и окинул ласковым взглядом Полинку. Теперь уже подтолкнул его хозяин. От цепких, всевидящих глаз Русина Ракова не остался без внимания откровенный взгляд гончара.
